Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

Нет, я не спрятала руку за спиной, но с силой сжала столовый прибор, напоминающий сильно удлиненную ложку.

— Ну же, Тэс, это такая малость за ваше спасение! — и голос, которым впору, словно патокой, выпечку поливать.

— Вы сами себе противоречите, страж Лесар. Если я позволю вам малость, то ваши слова о бескорыстности не будут стоить ничего. Не так ли?

— А вас не проведешь… — и он рассмеялся. Хрипло так, эротично очень. Я даже не смогла справиться с мурашками, и едва не подала ему руку. Мистика какая-то!

— У вас, чувствуется, большой опыт в этом вопросе, — констатировала я и все же осторожно убрала руку со стола.

— Что вы, я никогда не обещаю даме того, что не могу исполнить, — и блондин потянулся за моей другой рукой.

— Охотно верю и не требую от вас никаких обещаний. — На всякий случай я села ровно, сложив ладони на колени.

— Зря. Я готов исполнить почти любое ваше требование, госпожа Арбери… — мурлыкнул крылатый искуситель. — Или не госпожа? Леди?"

"Ах, вот откуда ветер дует? Мурашки сразу успокоились, я, кстати, тоже, поэтому руки достала и положила перед собой на стол, что не осталось незамеченным и вызвало улыбку блондина.

Я склонилась над столом, став еще ближе к стражу. Он удивился. По крайней мере, светлая бровь недвусмысленно приподнялась, потому что Лесар абсолютно не понимал моих действий. Почему? Да не было в них логики, была только женская импульсивность, приправленная чувством юмора и желанием сохранить себя.

— А вам это зачем? — шепотом спросила я и… подмигнула, как заправский заговорщик.

Не привык Лесар к такому диалогу с дамой. Икнул, подумал и только потом решил ответить тоже, наверное, честно:

— Надо.

Хмм… Ну раз диалог пошел столь откровенный, то я решила его продолжить в таком же искреннем ключе:

— Не скажу.

И, знаете, страж Лесар не был дураком. Он все понял. А возможно, понял раньше, а сейчас просто убеждался в своей правоте.

— Я так и думал, — произнес блондин. — Предлагаю дружить!

Он снова протянул руку. Мы же с мурашками против дружбы не возражали, поэтому на этот раз я ее осторожно пожала.

— Лесар!

О, глаза супруга, а это был именно он, метали молнии и сияли праведным гневом. А я… Вернее мы… В общем, сказали одновременно:

— Это не то, о чем ты подумал!

— Ко мне в кабинет. Оба. Немедленно! — отчеканил Светлость и, развернувшись, направился прочь.

Мне же стало горько. Вроде ни в чем не виновата, а ситуация странная.