Нежная мятежница

Она могла слышать все, о чем говорили, не привлекая к себе внимания, чем с готовностью и воспользовалась. Подошедшая молодая леди, однако, явно рассчитывала поболтать именно с ней. Рослин повернулась к ней, стараясь тем не менее занять такую позицию, которая бы позволяла слышать, о чем говорят пожилые дамы.

— Вам уже успели надоесть танцы?

Реджину Иден немного позабавила некоторая растерянность в интонациях Рослин. Невольно услышав несколько фраз, брошенных пожилыми леди, она быстро поняла и причину рассеянности Рослин, что показалось ей еще более забавным.

— Общеизвестно, что я редко танцую с кем-то, кроме своего мужа. А он сегодня не мог пойти со мной.

— Это хорошо.

Двусмысленность, по рассеянности допущенная собеседницей, совсем развеселила Реджину. Она улыбнулась и взяла Рослин под руку.

— Давайте немного походим, дорогая. Здесь чертовски душно. По-моему, лучше немного пройтись, не правда ли?

Рослин, которая очень надеялась хоть что-нибудь выудить из разговора дам, оставалось только удивиться тому, сколь властна для своего возраста была леди Реджина.

Франсес успела уже представить друг другу молодых леди. Но в момент знакомства Рослин была слишком взволнована неожиданным свиданием с Мэлори, чтобы запомнить, о чем они говорили.

Остановилась Реджина у столика с прохладительными напитками. Отсюда, к пущему неудовольствию Рослин, тот, о котором в зале все говорили, был как на ладони. Энтони не вошел в зал и теперь стоял у входной двери в своей излюбленной позе, небрежно оперевшись спиной о стену и скрестив руки на груди.

Его взгляд безразлично скользнул по присутствующим, пока не уперся в то место, где стояли Рослин и Реджи. На лице Энтони засветилась та самая улыбка, которая уже однажды заставила Рослин ощутить себя, будто растворяющейся в сладком меду.

Видеть его при свете, видеть не так, как в прошлый раз, а в полный рост и во всем великолепии, было испытанием для чувств любой женщины. Фигура, в безупречной симметрии которой изъяна не уловил бы и самый придирчивый взгляд, вызывала невольное восхищение.

Трудно было отвести глаза от богатырских плеч, широкой груди, которые на удивление гармонично сочетались не только с узкими бедрами, но и длинными ногами. Да он, оказывается, и высок. Этого она тогда в саду не поняла. Зато гипнотизирующее обаяние чувственности, исходящее от этого человека и сейчас, она уже успела ощутить на себе. Энтони был одет в безукоризненно скроенный черный фрак, выглядевший даже немного зловеще в ярком зале.