Неверный. Месть подам горячей (СИ)

Возможно, я гоняюсь за призраками, а может быть, на ней что-то действительно стоящее.

Сабуров легко дотронулся до моего подбородка, но больше не делал попыток поцеловать или отвести в каюту, лишь тихо повторил:

- Оно того не стоит, Ева, - а потом устало прикрыл веки и добавил, - позволь мне вести, - словно мы все еще кружились в танце, но за словами стояло что-то большее, чем просто предложение поддержки.

- Спасибо, но я должна справиться сама, - ответила, мягко высвобождаясь из его объятий, - спасибо за пиджак, вечер действительно холодный.

- Пожалуйста, - Сабуров снова стал холодным и мрачным, нахмурился, когда Иван позвал всех к столу, сообщив, что ужин подан.

Полина вымученно улыбалась и делала вид, что ничего не произошло. В этот момент она остро напоминала меня саму, заложницу непреклонной отцовской воли. Я не испытывала к ней ревности или ненависти, только бездонную горечь оттого, что ничем не могу помочь.

Убедившись, что все гости собрались в столовой, я ускользнула под неодобрительным взглядом Сабурова, пока Иван произносил длинную речь о совместном будущем и грандиозных планах.

"Обойти охрану и камеры, установленные на яхте, оказалось легко, стоило успокоиться и перестать вздрагивать от каждого резкого звука, ведь только капитан знал судно лучше меня.

Но все равно риск был огромный. С чего бы девушке олигарха пытаться встретиться со свидетельницей… нет, Маша, не свидетельницей, а соучастницей убийства прежней владелицы. Если меня поймают, будет непросто придумать правдоподобное объяснение.

Глава 13

Глава 13

Осторожно выглянула в коридор, где находились каюты для персонала. Мои подозрения подтвердились, у одной двери дежурили двое охранников, которые увели Карину. Просто так войти не получится.

Черт!

Надо их как-то отвлечь. Пожарную сирену сразу отбросила, переполох на всем судне мне точно не нужен, но и показаться я им не рискну.

Думай, Маша!

Снова выглянула в коридор, стараясь найти решение, но не успела ничего сделать. Меня схватили сзади, зажали рот ладонью и потащили в нишу под лестницей.

Я вцепилась ногтями в ладонь, зажимавшую рот, и рванула ногтями.

- Царапаешься, как дикая кошка, - горячо прошептал Сабуров мне в ухо, развернул к себе лицом и вдавил в стену, - успокойся… Ева… - не мгновение показалось, что он хотел меня назвать совершенно другим именем.