(Не) отец моего малыша

Выкрутил ей руки за спину и бесцеремонно прижал лицом к стене. – Отдай моего ребёнка! Отдааай, сволочь! – Я ничего не понял. Хотя нет, понял, что Лилия, похоже, в конец обдолбалась.

Она выглядела так, будто её постирали в стиральной машинке.

Бледная, с опухшими красными глазами, взъерошенными волосами.

Не та миловидная красотка, которую я когда-то знал и имел в её узенькую дырочку."

"Девчонка снова попыталась меня ударить, но я её опередил. Слегка шлёпнул по лицу, чтобы вернуть из мира кайфа обратно в суровый мир реальности.

Демидова взвизгнула от хлёсткой пощёчины, скривилась и немного угомонилась.

А затем, вцепившись руками в воротник моего халата, агрессивно зашипела:

– Я знаю, что это ты сделал! ТВАРЬ! Это ТЫ УКРАЛ моего малыша.

Глава 13

– Тужься, девочка! Давай, тужься!

Закричала! Застонала! До привкуса крови во рту! До острой рези в глазах и рваной боли в мышцах, в области таза.

– Ну же! Ещё немного, милая! Расслабляться нельзя!

Сжав кулаки, не обращая внимание на кошмарную боль, со всей силы напрягла пресс.

Это меня выбесило. Но и одновременно придало новых сил.

Адреналин закипел в венах, а злость притупила боль.

Тужилась и думала, о НЁМ думала, о том, что отвернулся от меня, не стеснялся хамить и грубить. Обманул, осеменил, вышвырнул как ненужную дребедень!

Только злость и ненависть, вопреки всему, помогла справиться с муками во время потуг.

– Вооот! Уже видно головку! Хорошо! Молодец! Глубокий вдооох и… На выдохе тужься!

Поморщившись, зашипев от выкручивающих на износ ощущений, я снова потужилась. Ещё раз. Ещё. И ещё пару раз.

Господи! Прошу! Спаси и сохрани!

Когда уже эта проклятая боль закончится! Божееее!

Два дня! Как будто прошло два дня с того самого момента, как меня экстренно доставили в родильный зал.

Лицо акушерки в моих глазах раскололось на две части. В голове завертелся торнадо. Воздух, что врывался в ноздри и проникал в лёгкие, будто наполнился не кислородом, а ртутными парами.