Не все кошки серы

Байкеры удивленно покосились на Лолу и Маркиза, но посторонились, давая им дорогу.

— Что-то мне подсказывает, что и это — не тот попугай, который нам нужен — проговорил Леня, толкая тяжелую дверь. — Но все же для порядка зададим здесь пару вопросов.

Полутемный зал тонул в густом дыму, как поле боя после артиллерийской канонады, причем к запаху обычного табака примешивался какой-то приторный сладковатый аромат, наводящий на мысли о марихуане и прочих достижениях прогресса.

Навстречу вошедшим никто не поспешил, их вообще не заметили, что было не удивительно в условиях дымовой завесы, ревущего из динамиков тяжелого рока и пытающихся перекрыть его хриплых голосов десятков посетителей. Публику на девяносто процентов составляли рокеры, байкеры и металлисты, остальные десять процентов составляли представители других, не столь многочисленных неформальных объединений молодежи.

Впрочем, не всех присутствующих можно было отнести к молодому поколению — попадались в зале и крепкие мужички прилично за сорок, ни в чем не уступающие своим молодым коллегам, и шатался от стола к столу здоровенный старик лет семидесяти, длинные седые волосы которого были прихвачены кожаной банданой, а голые руки, длинные и сильные, как у гориллы, покрывала густая татуировка.

Лавируя между голыми деревянными столами, уставленными пивными кружками и бокалами, Леня пробрался к стойке бара, усадил свою спутницу на высокий табурет и взгромоздился рядом.

Бармен, плечистый детина в майке с надписью «настоящий гангстер», повернулся к новым посетителям. На его широком невозмутимом лице не дрогнул ни один мускул, и он спросил, легко перекричав динамики:

— Лакать какого?

Увидев на Ленином лице легкую растерянность, он пояснил:

— Пойла, в смысле, какого плеснуть? «Зеленую фею»?

— А что это за фея? — спросила Лола, кокетливо поправив волосы и разглядывая занятную татуировку на запястье бармена.

Там была весьма художественно изображена замысловатая математическая формула, под которой змеилась надпись готическими буквами: «Не забуду линейную алгебру».

— Память о моей далекой юности, — пояснил бармен, перехватив Лолин взгляд. — Глупый был, на матмехе учился… А «зеленая фея» — это абсент.

— Ну, фею так фею, — согласилась Лола.