Не все кошки серы

Маркиза все не было, и, выйдя из ванной, она вдруг заметила, какая в квартире стоит непривычная тишина. Никто из зверей не вышел ее встретить. Это собственно было в порядке вещей: попугай мог дремать на шкафу, или Леня посадил его перед уходом в клетку, кот Аскольд встречал только Маркиза. Минут за пять до прихода Лени Аскольд срывался с места и усаживался в прихожей, пожирая глазами входную дверь. К Лоле он относился с прохладцей. Но Пу И… Все же Пу И по-настоящему любил свою хозяйку.

И доказал это не далее как позавчера, когда только он почувствовал Лолино присутствие на дороге и заставил Маркиза остановиться.

Только Пу И ей верен… Но где же он?

— Пуишечка, дорогой, ты где? — Лола побежала по квартире, все больше беспокоясь, и нашла песика в гостиной.

Через десять минут в квартиру вошел Леня, Лола встретила его вне себя от волнения.

— Мы занимаемся чем угодно, — с порога налетела она на компаньона, — только не своими животными.

— Ты уверена, что это сказал именно Экзюпери, а не Лев Толстой или не Венедикт Ерофеев, к примеру? — ляпнул Леня первое попавшееся, чтобы потянуть время и поддразнить Лолу.

Но его подруга поглядела на него беспокойными глазами, в которых замешалось даже чуточку презрения, так что Леня решил не подливать масла в огонь и спросил, что, собственно, произошло.

— Пу И очень плохо себя чувствует! Он не хочет играть, лежит на боку и тяжело дышит. Он заболел! Он простудился, когда выскочил из машины, чтобы спасти меня.

Вода в луже была очень холодная, уж я-то знаю! К тому же Пу И мог подхватить инфекцию…

— Но ты же не подхватила, — необдуманно начал Маркиз, но Лола замахала на него руками и высказалась в том смысле, что некоторые все рады свалить на бедного песика, а сами отсиживаются в теплой и чистой машине.

— Но в галошах, — привычно ввернул Маркиз и тут же осекся, потому что Лола смотрела на него с самой настоящей ненавистью.

— Еще раз вспомнишь про галоши — я тебя убью! — процедила она.

— Дорогая, — пошел на попятный Леня, — но я же пошутил…

— Нашел время шутить! — вскричала Лола.