Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 32

Но только после подписания контракта на пособия на вас поставят магические жучки, изготовленные нашими казидами. Если вы сбежите или в разбой вдаритесь снова — вас отловят наши гвардейцы, ну и уже другой разговор будет.

— Всё, мы честные! — уверяют они. — Хотим работать!

Зела вздыхает, провожая их взглядом.

— Вот и защитили мы королевство от разбойников, — Бер разочарованно смотрит на свой непригодившийся фламберг.

— За нас Данила постарался, — говорит Зела. — Наш король, конечно, ловко всё устроил. Даже разбойники уже не хотят разбойничать.

— Ага, всех припахал, хитрый менталист, — кивает Бер, и Зела одаривает его возмущённым взглядом. — А что не так я сказал?

* * *Дом Красноперых, Херувимия

Лорд Эрос, облокотившись на мраморный парапет балкона своей резиденции, получает весть о гибели нового Пыхтуна. Взор его застывает на далёкой грозовой линии Астрального Прорыва, а губы растягиваются в недовольной, но не лишённой восхищения ухмылке.

— Как, чёрт возьми, Филинов это делает! — произносит лорд с оттенком досады, что это не он своим мечом свалил проклятый столб.

Эрос уже знал о Даниле всё, что стоило знать. Подноготная была тщательно изучена. Простолюдин, прошедший путь от пустого места до графа в своём Царстве, а затем и до альвийского короля. Прецедент, да ещё какой. Умудрился не только приручить Золотого Дракона, но и заставить повиноваться ликанского Пса. Более того — подмял под себя почти весь Боевой материк.

Эрос отрывается от размышлений и направляется в личные покои супруги — леди Пеленели. В последние месяцы она редко покидала комнаты: бледная, утомлённая, с глазами, словно затуманенными вечной слабостью. Когда она родит Лазурь, то супруга вылечится.

— Я слышала о доблестном подвиге короля Данилы, — говорит Пеленеля первой, не поднимая головы от чаши с целебным отваром.

— Мда, — Эрос проходит по покоям и, усаживаясь напротив, продолжает: — Похоже, за брата придётся торговаться. Силой его уже не забрать. Король Данила заслуживает уважительного отношения после всего, что он сделал для Херувимии.

Лорд говорит без воодушевления — скорее, с холодным расчётом. Мысль была очевидна: прямое давление на Данилу не даст результата.