Мой Super сосед

— Я Чижиков, — тихо прошептал Никита, с опаской проглядывая на незнакомца с разбитым носом и понимая, что Кристину ему, скорее всего, теперь точно не видать.

Такой провал! И во всем виноват этот... Как его? Змей!

Глава 37

Кира

Я проснулась от топота ног и мужских голосов. Открыть глаза получилось не с первого раза, а понять, что происходит, тем более.

— Лежать!

— Не двигаться!

Сознание медленно начало возвращаться ко мне, и от испуга я вздрогнула и подползла к изголовью кровати.

Неужели снова? На нас вышли бандиты? Только не это! Вот же ж я дура! Уснула, и из-за меня мы никуда не уехали.

Оглянулась по сторонам, и отчаянно захотелось закричать. Люди в черной одежде, в масках и с оружием повалили Влада на пол, приставив к его голове автомат.

— Влад… — хриплю, сжавшись в комок на кровати, и пытаюсь побороть приступ паники.

Только бы с ним ничего не случилось, только бы не случилось!

Влад не сопротивлялся. Ни когда на его руках защелкнули наручники, ни когда его ударили с колена в лицо.

— Вот ты и попался, Змей, — слышу знакомый голос, а после звук удара и стон, наполненный болью.

Убираю руки от лица и не верю своим глазам.

Дима.

— Что… что происходит? — Страх медленно начинает отступать, и я понимаю, что это, скорее всего, никакие не преступники, раз Дима вместе с ними.

— Этого я буду допрашивать сам. Упакуйте его, я поеду следом. Вы двое, останьтесь, — командным голосом раздает указы, игнорируя меня.

— Влад, нет! Дима, ты ошибся! Отпустите его! — Пытаюсь прорваться к Владу, который с каким-то странным сожалением в глазах смотрит на меня и молчит, но мне не позволяют.

С его губы стекает кровь, нос, кажется, сломан, а глаз заплыл. Сколько же они его били, прежде чем я очнулась?

— Я люблю тебя, — скорее читаю по губам, чем слышу его тихий голос, перед тем как он исчезает за дверью в сопровождении вооруженных людей.

От его слов сердце пропускает удар, а потом начинает биться быстро-быстро.

— Вла-а-ад! — зову, срываясь на крик.

Хочу сказать, что тоже люблю его. Хочу обнять, поцеловать, вдохнуть его запах. Хочу раствориться в нем и забыть об этом чертовом дне навсегда. Но не успеваю. Проход заслоняют двое вооруженных мужчин.

— Кира, какого черта? Я спасать тебя пришел, что за представление ты устроила? — трясет меня Дима.

— Отпусти его, слышишь? Прикажи своим людям, чтобы отпустили его.

— Кира, он преступник.