Мой бывший предатель

Чтобы никаких вопросов не было.

Смотри, Савва. Я без тебя смогла. Лучше выросла, чем в нашем браке. Тогда только на подхвате была, а сейчас сама веду дела.

— Не родственники? — вдруг с подозрением уточняет учредитель. Кажется, Константин Семёнович.

— Нет. Нет, — качаю головой, натягиваю широкую улыбку. — Не родственники. Однофамильцы. Вот пример договора.

Подрагивающими пальцами подвигаю копии договоров. Лицо пылает от стыда. Хочется рявкнуть всем, чтобы не смотрели.

Да, у меня фамилия бывшего мужа.

И я очень об этом жалею.

"Но я и так во время беременности проявила достаточно ясности ума. А меня вечно бросало из одной крайности в другую. Эмоции так бушевали, что у меня всё время передоз был.

Радости, слёз, злости, счастья.

После развода я оставила фамилию мужа лишь по одной причине — я была беременна. И по закону отцом вписали бы Савву.

А фамилия…

Будь у меня девичья, тогда для ЗАГСа нужно было бы соглашение родителей. Какую фамилию записывать.

Идти к бывшему мужу, признаваться в обмане и просить подписать бумажки? Отличный план, ага.

Поэтому пришлось выкручиваться.

А потом…

Потом я ещё одну глупость совершила.

Окончательно повязла в своём вранье.

Я откидываюсь на спинку неудобного стула, стараясь взять для себя передышку. От меня ничего не требуется.

Это мужчины будут переговоры вести. От меня лишь анализ юридических норм нужен. Возможно так сделать, прописать в контракте. Или нет.

Взгляд мне не подчиняется. Сам сползает на крупные ладони. На костяшках блёклые шрамы.

Мне дико их нравилось их поглаживать. Наизусть знаю каждый изгиб.

А вот на пальце кольца нет.

Не носит?

Не женился на своей любимой любовнице, от которой так детей хотел?!

Завидую выдержке Саввы. Он легко погружается в рабочие вопросы. Тонет в цифрах, обсуждая возможные вложения и дивиденды.

Так спокойно реагирует на нашу встречу. Пока у меня реальность уплывает.

Совсем не удивлён?

Или…

Или он сам всё это подстроил?

Нет. Бред. Как Дубинин мог организовать нашу встречу?

Меня в последний момент назначили на это дело.

Да и зачем Савве так стараться?

Мы расстались давно. По его же инициативе.

Убеждаю себя, и сразу легче становится. Одна неприятная встреча. Я могу её пережить. Час или два, а после всё закончится.

Максимум — общение с юристом Дубинина.

Это легкотня.

— Это мой финансовый аналитик, — объясняет что-то Савва.