Метанойя

Кругом были автоматчики ОМОНа.

Бандитов выгрузили из ""воронков"" и выстроили в несколько шеренг недалеко ото рва. Гудели автомобильные моторы, заглушавшие звуки.

Первым выдернули из колонны Кирпича и завели в палатку. Блатные пытались острить, перешучиваться, подбадривать друг друга, но было видно, что все сильно напуганы. Ничего подобного они еще никогда не видели.

* * *Втолкнутого в палатку Кирпича подвели к простому столу, сколоченному из досок. За столом сидел майор в милицейской форме. На столе лежала стопка чистых белых листов и несколько ручек в пластмассовом стаканчике.

"Омоновцы усадили Кирпича на табуретку по другую сторону стола, напротив майора. Тот поднял голову, посмотрел на Кирпича и сказал:

— Расстегните ему наручники.

Омоновец снял с Кирпича наручники, а второй сразу же упер ствол автомата ему в спину и прошептал на ухо:

— Одно резкое движение и ты труп.

— Начальник, — привычно начал качать права Кирпич, растирая затекшие запястья, — что за кипишь? По какому праву? Мы мирно отдыхали с кентами в ресторане…

Майор кивнул стоящему позади Кирпича омоновцу, и тот сильно врезал бандиту прикладом автомата по ребрам.

А майор негромко произнес:

— Одно слово без моего разрешения — один удар прикладом по ребрам. Если понял, кивни.

Сжавший зубы и стонущий от боли Кирпич быстро и понятливо закивал.

Майор положил перед ним чистый лист бумаги, авторучку и тихо произнес:

— Расклад такой, Кирпич.

— Ты не сделаешь это, начальник, это полный беспредел.

— А вот сейчас мы это и проверим, — хмуро ответил майор. — Итак, твое решение.

— Да пошел ты на х… сука легавая! Чтобы я под ментов лег? Да не бывать такому никогда в жизни, понял, мусор?!

И Кирпич, изловчившись, смачно харкнул в лицо безымянному майору.

Тот спокойно достал платок из кармана галифе, вытер лицо и деревянным голосом произнес:

— Это был твой выбор, гражданин Кирпичев. Могу сказать напоследок, что хотя я и ненавижу всю вашу бандитскую свору, но твой выбор уважаю. Однако у тебя свои принципы, а у меня свои.