Метанойя

Представившийся Александром Валерьевичем на секунду застыл, удивление полыхнуло в его глазах, но он быстро взял себя в руки и улыбнулся:

— Не ожидал, вот уж сюрприз так сюрприз!

И здесь официантка принесла блюдо с креветками и две кружки пива. Удивленно покосилась на Егора, но ничего не сказала. Ей-то что? Лишь бы платили!

Соколов, а это был, конечно, он, сделал большой глоток пива и с наслаждением откинулся на спинку стула.

— Тридцать шесть лет не пил хорошего пива, — он подмигнул Александру Валерьевичу.

— Похвально, — скупо ответил Александр Валерьевич или Падший, как назвал его Соколов.

Егор сделал еще один глоток, пожевал креветку и, наконец, поднял глаза на собеседника:

— Скажите, Падший, для чего вы все это там устроили?

— Что вы имеете в виду? — Падший тоже взялся за кружку с пивом.

— Вы же знаете, — пристально вглядывался в него Егор, — убийство моих ребят из Бадабера, убийство оперативника, колдунью к следователю приставили.

— Что тебе до того, Нараяна? — неожиданно ответил Падший, — ведь это всего лишь сон!

— Сейчас я Егор Соколов и мне есть до этого дело. Отвечай!

— Если ты Егор Соколов, то я Александр Валерьевич — и отвечать тебе не обязан.

Егор поморщился:

— Просто скажи, и я тебе ничего не сделаю.

— Я действую с согласия Мессии, ты не можешь мне ничего сделать!"

"— Но у меня-то нет указания Учителя, не трогать тебя! — засмеялся Соколов.

— Лучше просто скажи. Поверь, так будет лучше для всех. И в первую очередь, для тебя самого.

Падший передернул плечами:

— Главная цель — Путин. Он не должен придти к власти в новом государстве. И вообще желательно, чтобы он исчез. Совсем.

— Вот как? — Егор вновь откинулся на спинку стула, — обоснуй!

— Если, как и в этом варианте истории, — Падший обвел рукой вокруг, — он придет к власти, то это будет опять противостояние со всем миром, новая холодная война, урезание завоеванных Перестройкой свобод, создание авторитарного и военизированного государства, угрожающего своим соседям.

— Угу. Знакомая песня. Где-то я все это уже слышал, — сощурился Соколов, — но — продолжай.

— Ты обещал, что облегчишь для простых людей тяжелый период развала СССР и перехода к капитализму.