Метанойя

А ведь это фамилия уже где-то мелькала! Возможно, это просто куратор. А, может, и нет. Надо им заняться.

— Я не собираюсь больше никем заниматься! — возмутилась Изюмова.

— А тебе никто и не предлагает, — посмотрел на нее с презрением ""Володя"", — если он тот, о ком я думаю, то он раздавит тебя как козявку и даже не заметит. Так, ладно, Варвара, продолжай работать. Я на днях зайду.

И ""Володя"", не прощаясь, ушел. Изюмова плюнула ему вслед (правда, когда он уже захлопнул дверь) и заперлась на замок.

Глава XVI

Командир Центра специального назначения КГБ СССР генерал-майор Федотов Антон Ильич открыл вторую бутылку водки. Первую он уже выпил, но никакого опьянения не ощутил, только, кажется, голова отяжелела. На столе перед ним лежали фотографии его жены и двух сыновей. Фотографии он час назад, вернувшись со службы, нашел в конверте, лежащем на полу в прихожей своей большой квартиры в центре столицы. На трех фото его жена и дети, полностью голые и связанные, с кляпами во рту, лежали на траве возле выкопанной могилы на фоне деревьев.

Фотографии были цветные, хорошего качества, были видны синяки на лицах его мальчишек, близнецов Сережи и Вадика. Их худенькие подростковые тела были измазаны в грязи. Ребятам было по тринадцать лет, всего неделю назад справили — весело, с размахом. Они с женой подарили каждому новенькие часы ""Электроника 5"" — с подсветкой и календарем, очень модные. Мальчишки были в восторге. Генерал надеялся, что пойдут по стопам отца, продолжат традицию. Он смотрел на фото и слезы текли у него по щекам. Жена, было видно по глазам, очень испуганная, с синяками на руках и ногах. Ему хотелось схватить пистолет и стрелять, стрелять, стрелять этих скотов, что решили поиздеваться над его самыми родными людьми. Хотелось что-то делать, куда-то бежать. Но на обратной стороне одной из фотографий было написано печатными буквами: ""Расскажешь кому — они будут закопаны заживо. Если завтра до 12 часов не убьешь психолога Соколова Е. Н., они будут закопаны заживо. Мы следим за каждым твоим шагом, даже в ЦСН"". Слово ""заживо"" было подчеркнуто двумя чертами.

""Если они умрут, — подумал генерал, — я застрелюсь, мне такого ни за что не пережить. Они каждую ночь будут сниться мне, задыхающиеся под землей и зовущие меня на помощь"". Генерал посмотрел на открытую бутылку ""Пшеничной"" и, завинтив пробку обратно, встал, и поставил водку в холодильник.