Мертвый кролик, живой кролик

 – Откуда ты взялся, мальчик?

– Я сын Забелина, – признался Егор.

– Это он тебе велел украсть мою долю? Передай ему…

– Ничего он мне не велел! Он вообще не знает, что я здесь!

Егор снова почувствовал, что его засасывает, как в болото, липкий чужой бред.

– Откуда тогда узнал про деньги? – зашептал Колодаев. Он по-прежнему смотрел одним глазом.

– Я искал, где вы маму похоронили, – сквозь зубы процедил Егор.

– Чью маму?

– Мою! Которую отец убил!!!

Наступило молчание. Глаз голубел в полумраке, точно рыба в мутноватой воде.

– Сомневаюсь, – неожиданно спокойным голосом сказал Колодаев. Глаз наконец-то моргнул.

– Чего?"

"– Вряд ли твой отец убил Нину. В день ее исчезновения он находился с нами.

Егор хотел сказать, что не надо ему впаривать эту фигню, он не купится. Но что-то заставило его промолчать. Колодаев говорил с легкой рассеянностью, как о фактах общеизвестных. А еще он перестал трястись.

– Когда Нина пропала, подозревали Юру. Разумеется. В таких случаях всегда считают виноватым мужа.

«Сами вы отталкивающий!» – чуть не крикнул Егор, хотя считал точно так же.

– Значит, ты рыл в моем саду, потому что искал тело Нины?

Егор молча кивнул.

– А почему с этим… с этой…

Егор понял, что Колодаев говорит о миноискателе.

– У мамы был серебряный кулон.

– А, вот оно что… И ты искал его, а раскопал мой небольшой секрет… Мое наследство…

– Вы сказали, что деньги нашли и поделили, – напомнил Егор.

Колодаев помолчал. За дверью что-то прошуршало, и наружу выпорхнула красная купюра.

– Это тебе, – сказал Колодаев. – Чтобы все осталось между нами.

Егор ошеломленно уставился на деньги.

Зашуршало снова, и за первой купюрой на крыльцо приземлилась вторая.

– Я полагаю, мы договорились.

С этими словами Колодаев ткнул в колено Егора чем-то острым, и когда тот испуганно выдернул ногу, захлопнул дверь.

Деньги он все-таки подобрал. Сначала оставил на крыльце, но пока собирал миноискатель и укладывал в ящик, передумал.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Прежде чем подняться в квартиру, Егор выждал, прячась за трансформаторной будкой. Идти домой сразу казалось как-то неправильно. А вдруг за подъездом следят!

Через пять минут плюнул и выбрался из своего укрытия. От усталости ему стало почти все равно.