Мертвый кролик, живой кролик

Должно быть, у кого-то из своих приятелей отсиживается, больше негде.

– У Егора есть какие-то особые приметы?

– Шрам на левом предплечье, он в детстве упал с дерева. И правая ладонь прокушена – собаку дразнил, она цапнула."

"Сергей спросил, не случалось ли за последнее время у Егора конфликтов в школе, не играл ли он больше обычного на компьютере или в торговых центрах за игровыми автоматами; осторожно затронул тему употребления алкоголя или наркотиков. На все вопросы Забелин отвечал отрицательно. Своего компьютера у Егора нет, приставки и подавно; карманных денег ему выдают в обрез, так что просаживать в автоматах нечего; ни пьяным, ни обкуренным Забелин сына не видел.

Сергей записал показания Юрия. Тот уже поглядывал на часы, и у Бабкина создалось впечатление, что побег сына представляется Забелину не несчастьем, а чем-то вроде досадной помехи, неприятного сбоя в привычном течении жизни.

Он чувствовал: Забелин недоговаривает. Парня он бил, это ясно. Рассказывать об этом не хочет, скрывается за эвфемизмами типа «поучил».

– Я могу побеседовать с бабушкой Егора? – спросил Сергей.

Забелин не успел ответить. Дверь открылась, и на пороге появился подросток в серой куртке, похожей на шинель, джинсах и легких тряпичных кедах.

– Лень, я убегаю, налей чаю человеку, – попросил Забелин и обернулся к Сергею: – Может, Ленька тебе чем-нибудь поможет. Он у нас головастый парень.

Юрий потрепал сына по макушке, и лицо его заметно расслабилось.

«Ага, это у нас гордость семьи», – сообразил Сергей.

Леня поздоровался с гостем, сгрузил на пол огромный рюкзак и вежливо попросил подождать на кухне – он помоет руки и сразу вернется. Его речь была излишне книжной, но сам мальчишка показался Бабкину живым и любознательным.

Пока тот заваривал чай, он разглядел его как следует.

Темные джинсы, голубая рубашка – очевидно, школа не требовала строгой формы для учеников. Высокий, худощавый. Волосы не темные, как у Егора, а русые: спадают локонами до плеч, обрамляя тонкое лицо с прямым носом.

Леня не производил впечатление забитого. Он держался с достоинством, смотрел на сыщика не только без страха, но и без тревоги – то ли не беспокоился о брате, то ли прекрасно знал, где Егор и что с ним.

– Как лучше к тебе обращаться? – спросил Сергей.