Мертвый кролик, живой кролик

Сорвался, нравоучения принялся читать! Пора закупать пустырник.

– Цену… ахахаха! цену… – выдохнул Макар. – …Знает он цену маникюру!.. Еще бы тебе ее не знать, когда ты из собственного кармана… выложил… впервые в жизни…

Он опустился на ступеньку, обессилев от хохота.

Бабкин хотел огрызнуться, но неожиданно для себя засмеялся.

– Черт, глупо как-то вышло…

– Мне очень понравилось, – заверил Макар. – Столько экспрессии, праведного гнева! Я думал, ты прямо там его выпорешь.

– Чем он меня так задел? – недоуменно спросил Сергей.

– Это ты заранее, как хороший актер, вживаешься в роль отца. Все его претензии рассматриваешь как обращенные к тебе.

– Если у меня будет такой сын, как этот Алик, я его придушу в колыбели.

– Да, твой ребенок сразу родится в черном спортивном костюмчике и с бородкой, – пообещал Илюшин.

Глава 15

К вечеру дождь утих и небо прояснело. Из окна квартиры Илюшина открылся вид на город: глянцевитые крыши, бледно-желтые пятна поредевшей листвы, быстро теряющие цвет в подступающих сумерках.

– Мы знаем ненамного больше, чем два дня назад, – устало сказал Макар, рассматривая свой двор.

– Мы знаем намного больше, – поправил Бабкин. – Просто толку от этого никакого.

К вечеру у него разнылась спина. Он занял кресло Илюшина, согнав Макара на подоконник.

– Ты так изгибаешься, будто это тебе рожать через четыре месяца…

– Через пять.

Они перепроверили адреса всех коллег и знакомых Нины, попавших в прицел расследования.

– Вышла из машины, торопилась, забыла телефон, – в который раз перечислил Макар. – Пошла пешком – видимо, опасалась не найти возле условленного места парковку.

– Или хотела размяться, – подал голос Сергей. Он сидел над увеличенной картой, выписывая все организации в радиусе километра от аптеки, возле которой проходила Ратманская.

– Или ее укачало, замутило, свело ногу, задвоилось в глазах, – раздраженно перечислил Макар. – Не так важно, по какой причине она пошла пешком. По крайней мере, она сделала это по доброй воле, ее не вытащили силой из «Мерседеса». Куда, черт возьми, она делась потом?

Бабкин не удержался от ухмылки.

– Что тебя развеселило? – поинтересовался Илюшин, сидевший к нему боком.

– Как ты догадался, что я смеюсь?..