Мертвый кролик, живой кролик

Рано или поздно его должны найти – так и задумывалось. Мысленно Тамара аккуратно подверстала к случившемуся пьянство соседа, его тягу к уединенности… Что же получается? Севостьянов впал в пьяное безумие и убил мальчика, а затем и сам погиб. Вот как было дело.

Однако после визита сыщика Тамара сообразила, что смерть ее внука не будет расценена как несчастный случай. Если Севостьянов столкнул Егора в погреб, как он сумел запереться в сарае?

«Нужно убрать ножницы и лопату».

Ее беспокоило еще одно. Что, если Егор сумел выжить в погребе? Да и Севостьянов не был мертв, когда она уходила.

Он мог развести костер… Спички у курильщика всегда при себе, а тряпок и досок в сарае хватает. Тамара отчетливо помнила удивление и страх в его глазах. Он ее узнал. Если сыщик найдет его живым, Севостьянов все ему расскажет."

"Она покусала губы. Ай-яй, как нехорошо… Надо было вернуться в сарай перед уходом, но она слишком сосредоточилась на Егоре. «Ну, все совершают ошибки», – флегматично сказала себе Тамара.

Ночью она плохо спала.

Под утро ей приснилось, будто Егор стучит в деревянный люк, стук набирает силу, становится все громче, и в конце концов жители Красных Холмов, переглядываясь, идут к Севостьянову, чтобы во всем разобраться. «Стойте!» – пыталась сказать им Тамара и проснулась от этого усилия. На тумбочке звонил будильник.

Было пять утра, когда Тамара вышла из подъезда. Сыщик сказал Лене, что хочет быть в Красных Холмах к полудню. Но он может изменить свои планы. Поэтому она решила поехать на первой электричке – для верности.

Тамара сунула в сумку одну из гантелей, с которыми когда-то занимался Егор: маленькую, всего на два килограмма. Мало ли что может случиться! Вдруг на нее нападут! Пожилая женщина в безлюдном месте, одна… Нужно быть предусмотрительной и позаботиться о себе.

Она добралась до избы Севостьянова тем же путем, что и в прошлый раз, – в обход деревни. Ночью ударили заморозки. Трава поседела, утренний воздух был сух и холоден. С губ Тамары срывались облачка пара. Она накинула капюшон, пожалев, что не захватила шапку.

Сглупила…

Тамара принялась вспоминать, есть ли в домашней аптечке капли от отита. Мысли скользили от лекарств к гантеле в ее сумке и обратно. «Траумель» – если она вдруг потянет мышцу. Но, может, и не пригодится.

Деревня еще не начала просыпаться. Было тихо, только трава хрустела под ногами, как яичная скорлупа. Подойдя к избе, Тамара огляделась и нырнула в калитку.

Лопата на месте. Она прислушалась. Внутри было тихо.