Личный аптекарь императора. Том 4

Когда мы насытились и вдоволь насмеялись, наслушавшись забавных историй от Аркадия, который оказался талантливым рассказчиком, Давид Елизарович попросил официанта убрать со стола и кивнул юристу. Тот вмиг посерьёзнел и вытащил из своего чемодана папку с документами.

— Александр, я посоветовался со своими сыновьями и решил, что какой-то чек даже с большой суммой будет слишком мелко за спасение жизни патриарха рода, — понизив голос, проговорил он. — Именно поэтому у меня для вас есть предложение получше.

— И что это?

— Мы хотим взять вас в долю, — прошептал он и кивнул на папку с документами. — Аркадий уже всё подготовил. Нужна только ваша подпись.

— О чём речь?

— Мы выкупили у Мичуриных их мастерские и хотим начать изготовление артефактов, связанных с лекарственными средствами.

— Да, я уже знаю об этом.

— Ну так вот… вы нам будете говорить, какой артефакт пригодится к использованию совместно с лекарствами, а также позволите использовать для продвижения ваше имя.

— Идея хорошая, — кивнул я. — Но есть одна загвоздка.

— Какая же? — насторожился он.

— Десять процентов — очень мало. Меньше чем за пятьдесят, я не согласен.

Давид Елизарович вытаращился на меня. Да, я наглый, и что? Они снова хотят меня использовать и платить за это жалкие десять процентов. Не выйдет!

— Если вы думаете, что десять процентов мало, то очень сильно ошибаетесь. Мы намерены занять эту нишу и поставлять артефакты в лечебницы и аптеки всей империи…

— Но у вас без меня ничего не получится, поэтому вы будете платить мне пятьдесят процентов от заработанного, — прервал я его.

Коганы и юрист переглянулись. Они явно не обговаривали, что будут делать, если я захочу больше, чем они готовы дать.

— Давайте не будет торопиться с выводами и ещё раз всё хорошенько обсудим, — Давид Елизарович примирительно поднял руки. — Дело в том, что мы потратили много личных средств, чтобы выкупить мастерские.

— Хорошо. Я вас услышал. Теперь послушайте меня, — деловитым тоном сказал я и сцепил пальцы в замок. — Если ваши артефакты окажутся неэффективны, то мы, Филатовы, понесём репутационные риски.