Крылья феникса

Кайл выразительно цокнул языком:

— Совсем одичал в своем Приграничье. Где твои манеры? Или так на тебя влияет общение с серыми мышками? — Мне достался третий по счету взгляд. — С каких пор ты приглашаешь девушек в эту свою берлогу? Должен заметить, твоя главная резиденция подходит для любовных свиданий куда больше.

Пока я, невольно и мгновенно покраснев, собиралась возразить, Нориан ровно ответил:

— Это тебя не касается тоже.

В следующую секунду что-то неуловимо изменилось. Закат почти догорел, и яркие краски выцвели, став приглушенными.

Облака сгустились, превращаясь в плотные тучи, сквозь которые едва-едва проглядывали первые звезды и бледная кривоватая луна. В один миг фениксы отчего-то подобрались и напряглись, словно к чему-то прислушиваясь.

Прилетел ветер, на этот раз — резкий и колючий, с легким горьковатым оттенком. С привкусом гари."

"А затем сквозь сгущающиеся вокруг острова тучи пробились отблески алого зарева, не принадлежащие уже зашедшему солнцу. Сознательной своей частью я еще не успела ничего осмыслить, а бессознательное уже подсказало: пожар.

Где-то там, далеко-далеко внизу, в Дрейдере полыхало огромное яркое пламя. И словно в подтверждение моих мыслей воцарившееся безмолвие внезапно прорезал предупреждающий об опасности гонг. Сначала было два коротких сигнала, что означало тревогу, не имеющую отношения к прорывам тьмы. Но потом… потом было еще два — хорошо знакомых, пробравших холодом до самых внутренностей.

— Риах! — забыв о манерах, выругался Кайл.

 — Только прошлой ночью все от этой мерзости очистили!

Больше сказать никто ничего не успел, потому что неподалеку вдруг разверзлось само небо. Точнее, это сначала мне так показалось, но уже совсем скоро стало понятно, что это появилась брешь в покрывающем Артоган куполе. В сравнении с тем, что я наблюдала в институте, она выглядела еще более жуткой. Брешь была совсем небольшой, но сквозь нее уже пролетали бесформенные, падающие на землю тени. Боковым зрением я уловила около себя свечение и уже знала, кому оно принадлежит.

Обоих фениксов озарил идущий из них самих свет, а в их руках будто из ниоткуда появились объятые пламенем клинки. И так же, будто из ниоткуда, повинуясь мысленному зову, к ним уже приближались григанны. Два огненных скакуна, расправив могучие крылья, бежали прямо по воздуху, рассекая сумеречные облака. И воздух вокруг них мерцал, из-под копыт выбивались яркие искры, которые вспарывали мрак, обнажая чистое небо позднего вечера.