Кремлевское дело Бешеного

 — Иди, как закончу, сам тебя позову…

— Я пошел, только не забывайте об одном условии — я должен сам убедиться, что все в порядке, и сообщить кое-кому о том, что таймер запущен… — Михаил еще немного потоптался и нехотя удалился.

Что-то в его поведении насторожило Рассказова, и он приготовился держать ухо востро."

"Минуты через четыре ему удалось наконец соединить провода в нужной последовательности, поставить свои хитроумные ловушки, и оставалось только одно — запустить таймер, «Если Гельдфельд не сделает сейчас телефонный звонок, то я рискую остаться без денег», — подумал Рассказов.

— Все готово! — сказал Рассказов.

— Что, неужели и таймер запустили? — с волнением спросил Михаил.

— Мы же договорились: только в твоем присутствии! — Рассказов с трудом удержался от усмешки.

— Пошли…

И вновь Рассказов обратил внимание, как тот слишком уж поспешно сунул руку в карман.

«Неужели меня и на этот раз не обмануло предчувствие и от меня действительно решили избавиться? Неужели Тим Рот обманул меня? — промелькнуло в голове Рассказова.

— А его можно отключить после того, как вы его запустите? — внезапно поинтересовался Михаил.

— Можно, но сделать это в силах только я, и никто иной!

— Понял! Включайте!

Рассказов, не упуская из поля зрения ни одного движения своего напарника, поколдовал над таймером и ловушкой.

— Готово! — сказал он и добавил с усмешкой: — Через два часа рванет.

— Позвольте взглянуть?

— Пожалуйста. — Рассказов ткнул пальцем в электронное устройство и сделал шаг в сторону.

Держа руку в кармане, Михаил наклонился и увидел, как на табло бегут электронные секунды, отсчитывая установленное время.

— Великолепная работа! — широко улыбнулся Михаил и вынул руку как бы для того, чтобы пожать руку Рассказову, поздравляя его с успехом.

Моментально, словно кобра в броске, взметнулась рука Рассказова и железной хваткой, удивительной для его преклонного возраста, обхватила руку напарника.

— Что вы делаете?! — испуганно воскликнул тот, захваченный врасплох.

— Хочу взглянуть на твою руку, напарник! — Последнее слово он произнес таким тоном, будто вкладывая в него иной смысл — «предатель».

— Это не я… мне приказали… — залепетал Михаил, разжимая руку, из которой выпал небольшой металлический шприц.

Рассказов поднял его с пола и еще крепче сдавил руку своего нежданного врага, от боли тот даже взвизгнул.