Кремлевское дело Бешеного

— О, Мари, лучше не будем друг друга заводить по телефону! — умоляюще попросил Савелий: даже от легкого намека Мари на их вчерашние ночные полеты на него мгновенно вновь нахлынуло возбуждение. — Потерпи до вечера. Торжественно обещаю, что за твое стоическое долготерпение ты получишь вполне заслуженную тобой награду.

— Милый Серж, ловлю тебя на слове! Как и где мы встретимся? Ты зайдешь за мной? Во сколько? — Обрадованная Мари буквально засыпала его вопросами.

— Нет, давай встретимся в том же месте, в тот же час, — предложил Савелий (он не хотел, чтобы хозяин Мари знал о том, что они знакомы).

— Какой ты романтичный! — засмеялась Мари. — Хорошо, встретимся, как вчера: в том же месте, в десять часов.

На этот раз он пригласил девушку в свой пансион, и в эту вторую ночь Мари превзошла, вероятно, не только его, но и собственные ожидания; ее страсть не знала границ и отличалась таким буйством фантазии, на которое способны только истинные француженки, не отягощенные оковами предрассудков.

Даже Савелий, будучи вовсе не хилым и находясь в самом расцвете сил, в какой-то момент почувствовал, что еще чуть-чуть, еще полчаса этих любовных безумств — и он уже не захочет ничего, кроме спокойного сна в полном одиночестве.

Но судьба и тут его хранила: вскрикнув в последний раз от уносящей в небеса истомы, Мари, которая в эти секунды сидела верхом на доблестном жезле Савелия, в изнеможении рухнула, не слезая с него, ему на грудь и замерла в полном изнеможении.

— Все, Серж, я больше не могу, милый… — виновато прошептала она, — столько сил, как сегодня, я никогда и никому не отдавала… Боюсь, что завтра я не смогу заниматься даже французской грамматикой с Роже-младшим. — Мари говорила, нет, скорее лепетала, как невнятно и с паузами произносят слова погружающиеся в сон.

— Ничего, девочка, все в порядке. Хозяева много от тебя требуют? — заботливо спросил он, поскольку девушка действительно была ему небезразлична.

— Когда как… Когда мадам Роже дома, то, конечно, все время покрикивает: сделай это, веди себя с ребенком требовательнее, не позволяй того, этого…

— отвечала девушка, не открывая глаз.

— А чем они занимаются?

— Мадам — председатель какого-то благотворительного общества, что-то типа защиты местной фауны от туристов. А хозяин — банкир.