Кремлевское дело Бешеного

— Как раз пустят, — возразил Савелий, — им же как-то надо меня додавить. А ты сыграешь роль моей якобы официальной «крыши»…

— А я и так давно уже твоя «крыша»! И более чем официальная: кровью скрепленная, — возразил Ростовский, намекая на то, что они побратались кровью. — Неужели ты до сих пор не понял этого, Бешеный?

— Это ты меня не понял, братишка! — Савелий шутливо обнял его за плечи и прижал к себе мертвой хваткой. — Речь идет о том, чтобы он подумал, что я просто твой клиент, а не близкий человек, за которого, не раздумывая, ты ринешься на кровь! — пояснил Савелий идею, не раскрывая своих соображений о том, как он относится к сказанному Ростовским: лично сам Бешеный считал, что настоящей защитой себе является только он сам.

— И для чего тебе эта бодяга?

— А чтобы тот мудила почувствовал себя посвободнее, пораскованнее и не уловил раньше времени грозящей ему опасности, а значит, медленнее мозгами шевелил и побыстрее выдал нужную нам информацию… Понятно?

— Мне кажется, это вряд ли сработает… — недоверчиво протянул Ростовский, но тут же добавил: — Хотя смотри: это твоя игра — тебе и водить…

— Тогда слушай! Значит, так… Мы входим, и разговор начинает твой Серега: спокойно, интеллигентно, без наезда… Так, мол, и так, он, то есть я, юрист и наш клиент, будто бы в сильном напряге, и вы, как моя крыша, тоже сидите в непонятке.

Вот и пришли разобраться по-хорошему: кто, что, откуда, зачем и можно ли это дело кончить полюбовно? Если тот скажет, что вопрос о мировой не в его компетенции, предложить ему организовать встречу с тем, кто может решать… А если начнет напрягаться: ни ну, ни тпру, ни кукареку — «забивай» ему «стрелку», и уж тогда будем действовать вашими методами…

— Какими это «нашими»? — строго спросил Ростовский.

— Вашими — это неофициальными, жесткими, но справедливыми… изначально.

— Не по закону, короче, а по понятиям, — удовлетворенно заключил Ростовский. — Я правильно тебя понял?

— То есть абсолютно! — улыбнулся Савелий.

— Ладно, посмотрим, чья возьмет…

Ростовский умолк, размышляя о предстоящей разборке.

Лимузин тем временем, следуя подсказкам Говоркова, пробирался меж заборов и гаражей к зданию «Гаранта».

Ростовский, Савелий и брат Ростовского, юрист Сергей Симбирцев, вылезли из лимузина, к ним присоединился и Гапур, которого тут же окружили его охранники, и они всей гурьбой направились к главному входу, у которого дежурили двое здоровых охранников, одетых в черные спецназовские комбинезоны.