Кремлевское дело Бешеного

Буду с тобой, как и ты со мной, откровенным до конца: именно Мануйлов, кстати по моей просьбе, все последнее время «пасет» Велихова. Как я понимаю, через этого банкира к Кремлю многие ниточки тянутся. Тем более Президент с Мануйловым уже лично встречался — когда поздравлял с награждением Звездой Героя России. В общем, ему и карты в руки.

— Согласен, я тебе верю, — сказал Фадеев. — Он в твоей службе состоит? Я это к тому спрашиваю, чтобы знать, под каким предлогом его ото всех дел освободить.

— Об этом можешь не волноваться! — улыбнулся Богомолов. — Дело в том, что у Мануйлова абсолютная свобода действий: он формально ни в каких службах не числится. Правда, бывает, хотя довольно редко, мы ему свое прикрытие даем, а так он всегда сам по себе, вольный стрелок.

— А как же ты ему государственные секреты доверяешь? — искренне удивился Фадеев.

— Это МОЙ человек! Причем лучший! — твердо заявил Богомолов. — А что у него погон нет и он не состоит на государевой службе, не мешает ему быть настоящим патриотом и честным человеком.

— А на что же он живет? Ты ж зарплату ему не платишь?

— Не так давно он вернул России больше двух миллиардов долларов! — спокойно заметил Богомолов.

— Миллиардов? — Фадеев даже присвистнул.

— Миллиардов! — чуть не по складам повторил Богомолов.

— Бог ты мой, а я про зарплату… — В его голосе послышалось явное сомнение.

— Послушай, генерал, ты думаешь, у меня к нему своих дел нет? Я, можно сказать, от себя с кровью его отрываю, а ты еще сомневаешься, ехидничаешь тут, понимаешь! — В голосе Богомолова чувствовалась явная обида, даже раздражение.

— Ладно, чего ты, — Фадеев успокаивающе поднял руки: ему еще не приходилось видеть Богомолова таким раздосадованным, — успокойся, пожалуйста! — Он даже положил тому руку на плечо. — Да верю я тебе, верю! Мир?

— Мир! — ответил Богомолов, словно только и ждал этого предложения.

— Добро, — облегченно кивнул Фадеев, — а теперь нужно получше продумать, как твоего Мануйлова к Президенту доставить… И не просто доставить, а доставить так, чтобы никто об этом и не пронюхал.

Тут генералы, опыта которым в подобных делах было не занимать, принялись обсуждать, что и как они сделают.

Через два дня в квартире Савелия и раздался тот самый, так поразивший его телефонный звонок. Звонил Фадеев.