Измена. Осколки нашей любви (СИ)

Надеюсь, для этого вашего предварительного разрешения не требовалось?

Я взирала на Муратова, совершенно сбитая с толку:

— Н-нет… то есть… я бы никогда и не подумала…

— Я посчитал, что негоже в очередной раз дарить подарок так, будто я от него откупаюсь. Не хочу, чтобы у вас создавалось такое обо мне впечатление. Потому что оно ложное.

Он с нажимом произнёс последнее слово. И я машинально кивнула, давая понять, что услышала.

— Только не пытайтесь и тут разглядеть какие-то скрытые мотивы, — с лёгким раздражением отозвался Алекс.

— Не пытаюсь, — пробормотала я, а к недоумению начинало примешиваться смущение. — И Лёшка ничего мне… он даже не заикнулся. А мы ведь утром с ним говорили…

— Сына вам не в чем винить, — на лице Муратова отразилось лёгкое колебание. — Я попросил его ничего вам не говорить.

А сюрпризы сегодня закончатся?..

И главное, этот — двойной. Оказывается, Лёшка сдержал своё слово, данное неожиданному гостю, с которым до сих пор почти и не знался.

И они с ним чаёвничали.

Какие ещё открытия меня ждут?

Я усилием воли отодвинула все попытки осмыслить полученную информацию.

— Ну раз… раз уж вы с Лёшкой без моего ведома чаепития устраиваете…

Муратов лишь усмехнулся моему аргументу, сухо проинформировав:

— Когда на сегодня закончите, сообщите. Я отправлю с вами машину — за вещами. Не вижу смысла откладывать это дело в долгий ящик.

Я, может, и собиралась ему возразить, но вечер того же дня отметился крайне важной и волнительной новостью.

Вечером мне позвонили из той самой клиники. И то, что совсем недавно виделось мне решением, превратилось в вопрос.

Который я сумею решить, только если решусь обратиться за помощью к своему сообщнику поневоле — Муратову-старшему.

Глава 52

— Если комната вам по каким-то причинам не нравится или смущает наше с вами соседство, я могу…

— Нет. Нет, извините. Всё в полном порядке, — я мотаю головой, пытаясь вернуться к реальности.

На деле же почти всё то время, пока Муратов-старший проводит для меня импровизированный рум-тур, я обдумываю письмо и последовавший за ним телефонный звонок.

И не просто обдумываю. Размышляю над тем, как поговорить о нём с моим благодетелем. Как озвучить деверю свою просьбу.

Он ведь и так столько всего успел для меня сделать за столь короткий срок, что я до конца этого даже осознать не успела.

Переночевав на съёмной комнате, наутро я ожидала машину с рабочими. Вместо этого Муратов-старший явился за мной сам.