Идеальная жена боевого мага

Даже бросила несчастных привлечённых к организации приёма леди на произвол судьбы. Ариадна торопилась, и я ценил, но…

— Ты невыносимая упрямица, — шептал ей каждую ночь, устраиваясь на коврах и укрывая нас обоих одеялом.

Я приходил поздно. Ари уже спала. Однозначно спала! Но при моём появлении неизменно поворачивалась и подставляла губы.

Как тут устоять?

Я не наглел, но держать себя в руках было сложно. Видеть её, чувствовать, обнимать… но целовать легко-легко. Почти целомудренно. Правда плоть целомудренных настроений разума не разделяла.

Я был сердит на Ари за то, что так себя мучает, но эти ночи возле арки стали главной моей отдушиной. Я старался не думать о том, что со мной происходит, и поводов для обнаружения своего присутствия не давал. Просыпался и уходил прежде, чем проснётся она.

Последняя ночь выдалась совсем уж сложной — я знал, что утром в бой, а Ари не догадывалась.

Утром я, как и обычно, ушёл. Успел принять душ и переодеться, прежде чем вернуться к телепортационному залу и, поймав жену на выходе, пригласить на завтрак.

Настроение Ариадны сразу ухнуло куда-то вниз — жена стала задумчивой и недоброй. Но очень старалась держаться нейтрально, вероятно, чтобы не расстроить меня.

А потом — всё. Недолгое прощание, в процессе которого я опять пытался надышаться ароматом её волос, и мы уехали. Небольшой отряд — лишь я, Рэйм и маги. Лучники и гвардейцы находились на позициях с рассвета, вокруг рудников кружил следопыт.

Мы добрались. Остановились возле основного лагеря, и тут, прямо из воздуха, выпрыгнула пара сайгирсов — те самые кобели, которые присутствовали на совещаниях.

Все вздрогнули, а я удивился:

— По какому поводу?

— Хрум.

Повисла короткая пауза, и Рэйм сказал:

— Кажется, эти двое намерены пойти с тобой.

Глава 21

Ариадна

Я не понимала, расстроена я или зла. Просто сидела на ковре и правила эту бесову кристаллическую структуру арки. Силовые нити были уже распутаны — натянулись струнами и тихо звенели. Заполнявшая пространство голубоватая дымка стала плотной, как утренний туман.

Арка ощущалась принципиально иначе, чем вначале.