Я. Тебя. Заставлю

Молча сделала выводы на будущее.

А сейчас? Подумаешь, не взял на крестины. С чего вообще ему туда меня брать?

Греческая подстилка.

А ведь обнимал на пирсе, тянулся ночью. Когда я назвала его чужим именем, он замер, и мне показалось, что я ощутила его боль. Скребущую, горячую, неожиданную и оттого нестерпимую. Кожей ощутила, как сильно его ранила, и готова была на все, лишь бы залечить, утешить. Потому что чувствовала к нему что-то. Давно уже чувствовала."

"Судя по всему, мне просто показалось. Я всего лишь царапнула его гордость.

Руки все еще дрожат, я облизываю губы, чувствуя на них соль. В прошлые выходные мой мир перевернулся.

— Я не хочу та-а-ак! — тяну жалобно. — Я хочу, — всхлипываю громко-громко и закрываю рот ладонями, будто вот-вот скажу что-то опасное. То, что изменит все. Банальное до отвращения. — Я хочу с ним по любви.

И когда я произношу вслух важные слова, резьбу срывает. Я просто не могу остановиться, словно все скопившееся вырывается наружу. Я плачу и плачу, читая и перечитывая слова Елены.

Через много-много минут истерики я, наконец, беру себя в руки. Слезами делу не поможешь, поплакали, и будет. Не моя эта роль — содержанки. Не подходит, чужеродна, разъедает изнутри, претит.

Ломаю я себя, когда лгу, что комфортно себя чувствую.

Я смотрю на отлично взбитые подушки и мыслю удивительно четко.

Аккуратно заправляю кровать, чтобы он не догадался, что я там лежала и ждала его.

Хорошо, что он не вернулся именно сейчас и не увидел меня в таком состоянии.

Спать с мужчиной за услугу — терпимо. Если он при этом чистоплотен и не противен — даже приятно. Но когда начинают вмешиваться симпатии, когда он начинает нравиться, происходящее рвет нутро тупыми ножами. Я иду в душ и некоторое время стою под струями теплой воды.

После праздника он мог поехать к другой женщине, которая точно не назовет его именем своего бывшего.

А потом мне становится страшно от мысли, что в прошлый раз ему не понравилось. И он больше не хочет меня. Сегодня уже четверг, мы спали в ночь с субботы на воскресенье.

Мы общались, шутили, улыбались друг другу на ужине в «Элладе». Он человек слова, раз обещал помочь, значит, поможет.

«Он выбрал меня, смирись», — отправляю Елене.

«Спроси у своего босса, ты не первая юристка, кого он приметил на заседаниях. И не последняя».