Ян (не) для Янки

– Обычных, – понимаю, что должен прижать Бельскую к себе, успокоить, на худой конец перестать ржать, но ничего не могу с собой поделать, – берёзовых, а как-то раз Аркаша нас дубовыми побаловал.

– Разворачивайся, Шахов! – на грани срыва визжит Ди и топочет каблучками по коврику. – Ноги моей не будет в этом колхозе! Слышишь?

– Тише, – закидываю руку ей на плечо и слегка сжимаю. – Мы только поздравим Фила и сразу домой, обещаю. Всё равно уже приехали.

Идея увезти Диану обратно в город, несомненно, греет душу.

Сталкивать её с Яной лишний раз не хочу, да и Фил с Борзым навряд ли удержатся от едких шуток в адрес Бельской. Но у судьбы на меня, как всегда, иные планы!

– Опоздали! – горланит Боря, встречая нас у ворот. – Только вас ждём!

Борзому наплевать, что Ди не в духе. Он по привычке вообще старается не обращать внимания на её закидоны. А потому с улыбкой пожимает мне руку, а затем тащит нас с Бельской в эпицентр застолья, что несмотря на непогоду, раскинулось во дворе дома. Шумные голоса, приглушённые звуки музыки из переносной колонки, чей-то смех.

Мы и правда запозднились, а народ уже вовсю освоился и гуляет.

Под небольшим навесом в нескольких метрах от старой, но крепкой бревенчатой избушки, накрыт стол, за которым замечаю знакомые лица парней из команды. Чуть поодаль, Лёша, одногруппник Фила, вертит шампуры, увешанные сочным мясом, над углями, а миловидная брюнетка что-то нашёптывает ему на ухо и, приобнимая за край толстовки, держит над парнем огромный зонт. Нас с Ди встречают шквалом громких голосов и рукопожатий, а перед носом мгновенно появляются пластиковые стаканы со «штрафной» за опоздание.

Мотаю головой и, хлопая Борзого по спине, пытаюсь объяснить, что за рулём, что прямо сейчас должен ехать обратно, а потом ненароком выхватываю взглядом образ Яны в приоткрытом окне доме. В своём безразмерном свитере, бессовестно сползающим с плеча, девчонка стоит ко мне вполоборота и явно что-то нарезает, не замечая, что за ней следят. Волосы мягкими локонами струятся вдоль спины, на губах улыбка. В отличие от Дианы она чувствует себя здесь уютно и свободно. Яна что-то произносит и вновь улыбается. На маленькой кухне она не одна.

– Шах, давай! Сам опоздал – сам отвечай! – врезается в сознание звонкий голос Борзого. Парень нахраписто суёт в руку дохлый стаканчик из тонкого пластика с прозрачным содержимым и не замолкает ни на секунду.

– Что ты к нему прицепился? – зло кудахчет Ди, повиснув на моём плече.