Графиня Затерянных островов (СИ)

Да-да именно в такой последовательности.

Как вы понимаете, мы пришли с деньгами, и Николя нас «послал».

И мы пошли искать семью и женщин. И нам с Рыжим повезло!

Она была красотка, но её красота уже увядала, не было уже того флёра молодости, который не нуждается в дополнительных украшениях. И поэтому мы довольно быстро нашли общий язык. Ну как женщина с женщиной. Хотя пришлось устраивать маскарад.

Она жила в достаточно приличном месте, на границе трущоб и хороших районов. Там уже не было так паршиво, но ещё и не было так респектабельно.

В доме чувствовалась атмосфера безнадёжности, когда деньги ещё есть, а надежды уже нет. Звали её Джулиана Сарретта и держала она салон гаданий и прорицаний. А когда-то она была дамой полусвета, и водила знакомства с аристократами, посещавшими её с определённой целью, расслабиться. Но больше всего ей хотелось, чтобы кто-то купил ей домик в хорошем районе и обеспечил ей стабильный доход, небольшой, так, на содержание дома, но не получилось.

Ходить ходили, но никого так и не зацепила. А всё почему? Потому как не хотела только с одним, любила красавца-вора, и надеялась, что молодость и интерес мужчин вечны. Но…

И вот великолепная Джули, да-да именно так её называли, когда она ещё жила ближе к центру столицы, присев напротив меня спросила хорошо поставленным голосом: — «Чтобы вы хотели узнать, матушка?»

Да, я переоделась монашкой, но на «матушку» точно никак не тянула. Поэтому скромно тихим голосом ответила: — Я помощница настоятельницы Ксаверии, Виола, и здесь по заданию матушки-настоятельницы, которая, выполняя последнюю волю одной из своих подопечных, просила меня разыскать некоего Тома Парселла и передать ему письмо и некую ценную вещь.

Матушка у нас многое знает и поэтому она предположила, что человеку, оказавшему нам помощь, может потребоваться благодарность и оставила на этот счёт определённые инструкции.

Вот так вот, изящная словесность наше всё. Ага, глазки загорелись, значит, что-то знает, но не знает, за сколько продать.

Сейчас поможем!

— Дело в том, что у монастыря, конечно, нет лишних средств, — продолжила я, сложив брови «скорбным домиком».

У Джулии прям лицо вытянулось…

— Но матушкина подопечная оставила вот этот изумруд, — и на этих словах я выудила из кармана изумруд, на который, наверное, можно было купить ещё один такой же домик, в которой жила мадам Джули. И положила его на стол.