Еще один шанс

Увидев его, тётка испуганно ойкнула и тут же повалилась на колени. Настя отстала от неё буквально на пару секунд.

Вздохнув, Мишка пересадил Танюшку поудобнее и, откашлявшись, устало велел:

– Встаньте уже. Чего уж теперь-то.

– Прости, Мишенька! – взвыла тётка не хуже пароходной сирены.

– Не голоси, мама Глаша, – скривился парень. – Чем полы подолами мести, лучше бы на стол собрали. Есть охота.

– Ой, я сейчас, Миша, – подскочила Настя ошпаренной кошкой.

Спустя пять минут стол буквально ломился от разносолов. Женщины и вправду постарались.

– Садитесь к столу. Нечего стенки подпирать. И без вас не упадут.

– Миша, ну, не сердись, – тихо попросила Настя, погладив его по руке.

– Да не сержусь я, – вздохнул парень. – Это поначалу готов был плетью шкуры с обеих спустить. А теперь… – он замолчал, растерянно махнув рукой. – Ну когда вы поймёте, что я ничего просто так не говорю? – не удержавшись, спросил он.

– Так думали, забылось всё уже, – растерянно призналась Глафира.

– Такие дела просто так не забываются, – снова вздохнул Мишка, подвигая к себе миску со щами.

Поев, а точнее, объевшись до сонной одури, но так и не притронувшись к водке, он отвалился от стола, сыто отдуваясь.

– А как было-то всё, сынок? – осторожно спросила тётка, не сдержав любопытства.

– Повезло, что пластуны те места как свой кисет знают. Обошли короткой дорогой да переняли, до того как похитители с основной бандой сошлись.

– Господи, зачем же рисковать так было? – охнула тётка.

– А затем, что не успели бы мы уйти, – вяло огрызнулся Мишка. – Догнали бы нас. А так по частям их одолели.

– Выходит, и вправду тебя достать хотели? – испуганно спросила Настя.

– Угу. Да только желающего я лично в контрразведку спровадил. Уж там его быстро до донышка вывернут, – злорадно пообещал парень. – Забыли, сволочи, что война идёт.

– И чего они к тебе привязались? – растерянно спросила Глафира.

– Изобретатель потому что. А иностранцам такие люди нужны. Умыкнут и заставят на себя работать. Навроде раба.

– Господи спаси! – перекрестилась тётка. – А с ребёнком как же? – кивнула она на уплетающую пирог с ягодой Танюшку.

– А чего церемониться, когда уже спеленали? – пожал парень плечами. – Там бы и продали, кто больше даст.