Еще один шанс

А у господина ротмистра челюсть сломана и пять зубов как ветром высвистало. Да ещё и ребро справа, похоже, треснуло. Мишка ж ежели бьёт, так сразу так, чтобы не встал. А силы там как у медведя, хоть с виду и не скажешь.

– Да уж, силён охотничек, – хмыкнул контрразведчик. – Значит, говоришь, он думает, что этот хлыщ его специально искал?

– Точно так, Владимир Алексеевич. Особливо ежели вспомнить, что по весне его вообще за кордон уволочь хотели.

– Ладно, разберёмся, – протянул контрразведчик, направляясь в подвал.

– М-да, не повезло дураку молодому, – сочувственно вздохнул дежурный, провожая его понимающим взглядом.

Спустившись в подвал, контрразведчик отодвинул засов на двери и, чуть пригнув голову, шагнул в камеру. Вошёл он так безбоязненно просто потому, что сама камера была разделена на две части. Большая, где и содержался арестованный, и меньшая, отделённая стальной решёткой, запиравшейся на ключ. Тут же в углу стояла табуретка для таких вот посещений. В самой камере, кроме нар, прикрученного к стене стола и отхожего ведра, ничего больше не было.

Подтянув табурет поближе, контрразведчик сел, закурил, и принялся задумчиво рассматривать вскочившего при его появлении ротмистра. Держась за челюсть, тот сверлил офицера возмущённым взглядом, словно в чем-то обвиняя. Хмыкнув, контрразведчик небрежно стряхнул пепел с папиросы на пол и, вздохнув, негромко спросил:

– Ну и как прикажете вас понимать, господин ротмистр? Родину предали?"

"– Что вы несёте, сударь?! – вскинулся ротмистр и тут же, застонав, снова схватился за челюсть.

– Я, молодой человек, не несу, как вы изволили выразиться, а провожу опрос. Пока что опрос. Допрос будет позже, – голосом, в котором брякнул металл, ответил контрразведчик. – Вы хоть понимаете, где оказались? Это, мой юный друг, камера контрразведки, а не ваша вонючая гарнизонная гауптвахта. И здесь ваши звание и происхождение никому не интересны. Так кто нанял вас, чтобы вы убили изобретателя? Советую отвечать честно.

– Я не собирался его убивать, – растерянно простонал ротмистр, до которого наконец начало доходить, в какую историю он вляпался. – Я только хотел поучить его, как нужно к благородному человеку обращаться.

– Это вы-то благородный? – презрительно усмехнулся контрразведчик. – Сопляк! – неожиданно рявкнул он так, что решётка задребезжала.