Эксклюзив (СИ)

От половины бутылки коньяка, при ее-то росте, выглядела бы она сейчас по-другому. А взгляд у нее уж очень пьяный, благо язык не заплетается.

– Ну и что ты об этом думаешь, товарищ Е. Банько? – не скрывая насмешки выдает Федор, обводя меня придирчивым взглядом.

– Что бабушка за выпитый коньяк меня убьет, – вполне серьезно произношу я. Перевожу взгляд на нахалку. – Люсь, ты не могла взять обычную водку? А колбасу? Ну эта же дорогущая, купленная на бабушкин день рождения! В холодильнике же было колечко Краковской.

– На том свете меня твоя бабка не достанет, чего мелочиться-то? Да и водку я уже выпила, там было-то почти на дне. Кстати, она горчила, то ли дело коньяк. А Краковскую я еще с водкой съела, и она была жирн…

– Заткнись, мать твою! И ты тоже ни звука, – рявкает Федор уже на меня и тут же переводит взгляд на любительницу дорогих продуктов. – Живо вылезай из шкафа, иначе меньше, чем через минуту, ты будешь выть от боли. Я тебе обещаю.

Сейчас Федор как никогда убедителен. Но из-за выпитого алкоголя, чувство самосохранения у подружки явно поубавилось.

Он берет трубку и тут же меняется в лице. Выходит из моей спальни, я же помогаю выбраться Люсе из шкафа. Когда мне все-таки удается поставить ее на ноги, я понимаю, что она в дупель пьяная.

– Я не хочу умирать, а эти падлюки нас грохнут, Лиза. У меня жопа чешется, понимаешь?! А это все! Конец.

– Ну, может быть, сейчас это… глисты?

– На выход, девки, – зло произносит Федор, прерывая нашу беседу. – Причем так быстро, как будто за вами гонится маньяк, – Люсино лицо принимает относительно вдумчивое выражение и ни капли страха.

– Но я не собралась.

Федор хватает из шкафа дорожную сумку и сгребает все, что видит. Дергает меня за руку, правда, не осознает, что от меня зависит устойчивость Люси. Она тут же оседает на пол.

– Твою мать, этой кобылы мне еще не хватало.