Эксклюзив (СИ)

Выходит из комнаты и закрывает дверь с обратной стороны на ключ.

Вести себя хорошо получилось недолго. Этак минут десять примерно. По окончанию сих драгоценных минут, я сумела привязать к балконному ограждению простыню и, на удивление, ловко спуститься вниз. Мама дорогая, да я, оказывается, крутая!

Правда, крутости моей хватает ненадолго. Стоило мне только услышать голоса Фёдора и Василия, вышедших на порог дома, как моё трусливое нутро выбрало спрятаться. Мой выбор пал на старые доски. Мужчинам зачем-то вздумалось расхаживать по участку, параллельно о чем-то разговаривая.

– Если не найдём флешку в ближайшее время, придётся воспользоваться помощью Лизы.

– Она не справится.

– Экс, ты не мог не заметить, что она вылитая погибшая жена Крота, – это ещё что за зверь? – К нему в святая святых хер подберешься, зато, когда он увидит эту красоту, у него крыша поедет. Клюнет на нее сто процентов. А она со своей странностью ему голову хорошо запудрит. И достанет еще больше информации, чем на флешке.

– Даже её лёгкая ебанца не поможет развести Крота, – чего-чего?! Какая ещё банца? – Он её раскусит раньше, чем трахнет. А потом грохнет, так что нет.

– Тогда какого хера ты к ней так прицепился, если не для того, чтобы подложить Кроту?

– Она моя суженая ряженая, ебанцой засаженная, – вот же свинья, чтоб тебя герпесом всего обсыпало.

– Чо?

– Хуй через плечо."

"– А если серьезно?

– А если серьёзно, надо найти рыжую до того, как ее найдет Валера, иначе он её тупо грохнет.

– Уж я постараюсь, чтобы её никто не грохнул. Это моих рук дело, – с особым энтузиазмом произносит Василий.

Права была Люся, убьют нас, когда станем ненужными. Надо срочно выбираться. Проблема в том, что мужчины не спешат заходить в дом, вместо этого я слышу звук расстегиваемой ширинки. Ну нашли время. Аккуратно приподнимаюсь, дабы подтвердить свои догадки. Этот неловкий момент, когда ты застаешь писающим другого человека.

– Ничего не хочешь мне сказать, Элизабет Мата Харявна? – слышу над собой голос ясно зрячего. Прибор, слава тебе Господи, зачехлил. – А? – нехотя поднимаю взгляд на не Достоевского.