Его бывшая слабость

— Ладно, — соглашаюсь, но только для того, чтобы сделать очередной выпад: — Раз ты виноват, то и я тоже!

— Каким это боком?! — возмущенно спрашивает он.

— Ну это ведь я вывалилась ей под колеса! Это за мое лечение она задолжала этому вашему Болоту!

— Глупости не городи, — ворчит Глеб. — В таком случае снова я. Это ведь я тебя напугал тогда…

— Не напугал вовсе. Я сама дура, надумала себе всякого. Просто боялась, что уволишь. И… стыдно стало, что я для тебя всего лишь очередная.

— Никогда так не было, — шепчет он в мои губы.

— Глеб! — прерываю я его самобичевание. — Ну если уж твоя сестра смогла стать шпионом, то почему я не могла? Считаешь меня настолько беспомощной?

— Я не хотел тебя обидеть, — тут же начинает обороняться он.

— Значит, прекрати извиняться! Вообще-то, из меня вышел бы отличный шпион. Просто мне никто не предлагал! — шучу я, пытаясь разрядить обстановку.

— Ты мой ангел, Ань. — Глеб целует мое лицо, вынуждая меня улыбаться. — За что мне такое счастье?

Ловлю его щеки ладонями, вынуждая остановиться на моих губах. Недолго думая, Глеб проникает в мой рот языком. Пальцы трепетно поглаживают мою шею. А я притягиваю его теснее. Надеюсь, в вертолете не слишком много народу?

— Однажды ты сведешь меня с ума, — хрипит он в мой приоткрытый рот.

— О чем ты? — усмехаюсь я. — Это же всего лишь невинный воздушный поцелуй.

— Забавный каламбур.

Ловлю его удовлетворенный хмык губами, собираясь продолжить начатое, но вдруг натыкаюсь пальцами на мокрое пятно на его плече.

— Черт! Тебя же ранили! — В душе зарождается паника, когда я вспоминаю, как после того, как он отобрал у Лары пистолет, по его рубашке стало расползаться алое пятно.

— Не-не, — отмахивается муж, — это меня водой из крана обдало.

Ах ты ж…

— Не смейте мне врать, мистер Голд! — рычу я, поднимаясь с его колен.

— О как? — усмехается он. — А мне нравится. Назови-ка меня так еще разок?

— Не дождешься! — ворчу я, игнорируя его попытку перевести тему.

— Ань, ну правда…

Придвигаюсь ближе к его плечу и принюхиваюсь. Точно ведь кровью пахнет. А он еще врать вздумал!

— Я понял, — соглашается наконец Глеб. — От тебя и от слепой ничего не утаишь.