Его маленькая большая женщина

Потом мужчина кормит ее собственноручно приготовленным завтраком и очень сердится, когда Полина шутит, что он саботирует ее работу. Он забирает у нее грязную тарелку, садится напротив, взяв ее за руку, и говорит:

— Ты не должна все это, — резкий жест в сторону кухни, — не хочу так!

Его одолевает непонятно откуда взявшееся косноязычие, но она понимает. Кивает неуверенно. А он просто буравит ее взглядом:

— Ты хочешь быть со мной? Не потому, что выхода нет, а просто Я тебе хоть немного нравлюсь?

Дурацкое слово, и ей даже как-то обидно за него.

— Я знаю, что раньше думал только о себе, но Тебе же было хорошо последний раз?

— Очень! — смущенно утыкается в его ладони носом, — очень хорошо. И быть с тобой хочу, и нравишься ты мне Очень.

Его взгляд тяжелеет, он запрокидывает ей голову, вглядываясь в глаза, и короткая фраза, как выстрел:

— Тогда ты — моя!

Он, наконец, отбросил прочь сомнения, отпустил тормоза. Что ему мешает строить жизнь, как того хочется? Быть с ней так, как хочется? Дурацкая привычка? Почему он не может позволить войти чему-то бОльшему, чему-то новому в свою жизнь?

— Пойдем, отдохнешь, маленькая.

Она напряглась в его руках.

— А чем ты занимаешься? Ну Работаешь где? И как это связано с моим похищением?

— Боишься?

— Нет. Просто понять хочу.

— Я — военный.

— Военный? — меньше всего она ожидала такого ответа.

— Военный, — уверенно.

Булат посчитал разговор оконченным и стал убирать со стола.

— Поля, иди, отдыхай. — Серьезный взгляд из-под бровей.

А Полина его совершенно не слушает.

— И что, все военные живут, — неопределенно обводит пространство рукой, — вот так?

Булат закрывает посудомойку и, серьезно глядя ей в глаза:

— Хорошие военные — зарабатывают достаточно. К тому же, я консультирую частные международные корпорации на предмет безопасности, что и является моим основным источником дохода. А этот допрос, что… Такая ненавязчивая проверка моей платежеспособности?

Поля вспыхивает до корней волос:

— Нет, что ты! Просто я же ничего не знаю о тебе, а теперь Я же имею право спрашивать? Или нет? — неуверенно.

Булат утвердительно кивает.

— Мы поговорим, когда вернусь, хорошо?

— Хорошо. Возвращайся Поскорее.

День проходит быстро. Ребра еще болят, голова немного чумная, но Полина заставила себя сосредоточиться на присланных ей на электронку лекциях.