Любовь по инструкции

Когда вышли к уже знакомому дому, где жил волчонок с братом, Мэтью перетёк в человеческую ипостась, и Рэм сделал то же самое.

— Погоди минутку, я всех приготовлю, — проговорил Мэтт, направляясь в дом. — Эй, мы пришли! Выходите на улицу. Все, выходите! Будем знакомиться.

Рэм сжал ручку сумки, уже и так изрядно потрепанную за время путешествия в волчьих зубах.

Первой выскочила Стася, увидела Рэма, дернулась к нему и остановилась, вопросительно глядя на Мэтью.

Тот погладил девочку по голове и слегка подтолкнул:

— Хочешь поблагодарить Рэмилла за ромашки? Иди, не стесняйся!

Вторым появился крепкий молодой волк, сразу ощетинившийся при виде Стаси, стоящей рядом с незнакомым оборотнем.

— Тш-ш! Руслан, сбавь обороты! Этот волк Стасе ничего не сделает, более того, он, лично, на запчасти любого разберет, кто на нее косо посмотрит.

— Он — её пара? — вполголоса спросил Руслан, внимательно рассматривая пришельца и довольную рожицу девочки, которая вцепилась в руку мужчины и, подпрыгивая, что-то ему рассказывала.

— Ага. Представляешь, как интересно?

— Не то слово, — буркнул Руслан. — Я, так понимаю, теперь этот никуда не уйдет, поселится поблизости? Будет пасти свою пару? А, он знает, что Стася — потеряшка, и я не в курсе, где её клан и родные?

— Пока, не знает, сам ему расскажешь. А, насчет клана — мне так видится, что она, как раз, в нем и находится. Оглянись — чем не клан? Земли есть. Волки — есть. Волчицы …

И тут, на крыльцо вышла Татьяна.

А Рэмилл, увидев женщину, расплылся в улыбке.

— Жива!

— Твоими молитвами, — осторожно ответила женщина и вопросительно посмотрела на Мэтью.

— Так, все всех увидели, обошлось без истерик и членовредительства, можно зайти в дом, — решил Мэтт и первый повернул к двери.

— Ты ожидал, что я кинусь бить ему морду? — поинтересовалась Таня. — Почему? Ведь, это ты его привел, а у меня, пока, не было повода тебе не доверять.

— Морду или не совсем морду, или — не только морду, но я надеялся, как минимум, на хороший скандал или истерику, — пошутил Мэтью.

Когда все расселись, кто где, на кухне, Мэтт, оставшийся стоять, заговорил.

— Большинство из нас друг с другом знакомы, осталось представить только двоих. Руслан — это Рэмилл. Бывший тюремщик, скажем так, Татьяны. Рэмилл — это Руслан, названный брат Станиславы.

Мужчины обменялись удивленными взглядами.