Двое. После

В ту же секунду я обещаю себе, что в благодарность постараюсь сделать всё, чтобы и для него наш отпуск стал особенным.

— Ты делаешь меня счастливой, — с улыбкой смотрю на него. — Прямо сейчас. Каждую минуту.

Взгляд Булата остается серьёзным.

— Это потому, что ты умеешь такой быть. Видеть счастье в мелочах. Далеко не все на это способны.

Я хочу сказать, что наша поездка и он рядом — это далеко не мелочь, но передумав, подношу чашку к губам и смотрю в окно: именно так я мечтала.

— А ты когда-нибудь думал о детях? — я резко разворачиваюсь к Булату, который, казалось, всё это время не переставал на меня смотреть.

Мой неожиданный вопрос, кажется, его не удивляет: красивое лицо остается невозмутимым.

— Думал, конечно. Почему ты спрашиваешь?

У меня даже ладони слегка потеют — так я, оказывается, опасалась, что Булат ответит: «Нет, никогда». Конечно, он думал. Потому что он станет им прекрасным отцом.

— Я просто как-то размышляла... У тебя должно быть трое детей. Два мальчика и девочка.

"В груди спирает, и даже становится труднее дышать, потому что я вдруг отчётливо вижу нас впятером: в моих руках ладошки наших сыновей, а на плечах у Булата сидит крошечная девочка, с такими же чёрными волосами, как у него.

— Тебе сначала нужно университет закончить, — негромко произносит Булат, скользя взглядом по моему лицу. — После этого.

Я открываю рот и, не подобрав нужных слов, снова его закрываю. Это ведь Булат. Он бы никогда не сказал подобного просто так.

Не зная, куда себя деть от распирающих эмоций, я опускаю взгляд в чашку и дрожащей рукой подношу её к губам. Булат по-прежнему наблюдает за мной и, конечно, всё знает: прямо сейчас он подарил мне целую вечность.

Не прощаюсь

Друзья, надеюсь, что «чайлд-фри» эпилог без коленопреклоненного Булата вас не разочаровал — хотелось избежать очевидных банальностей.