Drama Queens, или Переполох на школьном балу

Прямиком на кота, разумеется. Тот зашипел, завопил и сбежал, но ни Кэтрин, ни Хитклифф не обратили на него никакого внимания. «Хорошо, что я его ботинки спрятала», – подумала Кэт, но тут же потеряла эту мысль, которую вытеснило ощущение горячих губ на ее шее, чуть ниже уха. Его ладони скользнули е на живот, оглаживая линию талии, большим пальцем надавливая чуть ниже пупка. Боже…

Она впилась во взъерошенные ею же волосы на его затылке, скользнула руками к плечам, от удовольствия закрывая глаза, в этот момент вдруг

подумав: ох, не те разделы физики они изучали в школе.

– Слушай, Кэт, будешь моей девушкой? – прошептал Хит где‑то между безумными поцелуями, прижимая ее к себе.

Кэтрин застыла в его руках, будто он не губами ее тронул, а электрошокером. Паника внутри поднялась такая нешуточная, что она едва не принялась задыхаться. Глядя на ее перепуганное лицо, Хитклифф чуть отстранился, и они замерли, глядя друг на друга."

"– Я опять что‑то не то сделал? – недоуменно приподнял он брови. – Или это у нас какая‑то новая игра, о которой я не знаю, и это теперь стоп-слово такое?

Ответом ему служило растерянное молчание.

– Разве ты не уезжаешь? – испуганно сглотнула Кэтрин.

– Да, но это ведь не навсегда. Я же вернусь, – улыбнулся он, целуя ее в кончик носа. – Кстати, забыл сказать, я не смогу быть на следующей репетиции. Справишься с ними в одиночку? А то этот чертов суд…

Снова это слово окатило ее как ледяной водой. Вот она, та самая правда, от которой, сколько глаза ни закрывай, сколько от нее ни прячься, не сбежишь, не скроешься. Вот только в отличие от самой Кэтрин Хитклифф никогда не выдавал желаемое за действительное.

– Хит, это плохая затея, – слишком быстро произнесла она, как можно сильнее стараясь избежать того, что произойдет дальше.

Кэт так хотела, чтобы этого разговора никогда не было! Но реальность просачивалась сквозь темноту, в которой они все время прятались, с каждой секундой все сильнее давя на плечи. Она осторожно отодвинулась.

– Почему?

В груди начало неприятно жечь. И причина была лишь одна: разочарование.