Drama Queens, или Переполох на школьном балу

– Что?

– Надеюсь, ты хорошо проведешь время? Обещаю, в следующем году…

– Меня тут уже не будет, па. Я буду в колледже.

И скорее всего, не приеду на каникулы, потому что не хочу опять быть одинокой в собственном доме. Пенни скинула звонок и принялась ходить вокруг свое спонтанной покупки. Сдвинуть дерево было невозможно, это точно. Обхвата рук не хватило бы, даже чтобы дотянуться до ствола.

Пришлось лезть так. Всего‑то нужно впихнуть стул между стеной и ветками, а потом привстать на цыпочки и подцепить банку кончиками пальцев.

– От… кры… то!

Банка никак не хотела оказываться в руках. Быть может, это Люк? Он в два счета все достанет, со своим‑то ростом, и стул не понадобится.

– Люк, это ты?"

"Но прежде чем она услышала ответ, произошло три вещи. Дверь открылась, и в дом вошел Большой Волк. Банка поддалась и упала с полки прямо Пенни в руки. Пенни потеряла равновесие и полетела со стула на елку.

* * *

В приемном отделении центральной больницы Деполе тоже стояла елка, правда искусственная, из серебристой мишуры, украшенная самодельными игрушками.

Нетрезвый эльф в зеленой шапочке уже минут пять предлагал медсестре руку и сердце, пока она, пританцовывая, бинтовала ему обожженное колено. Трехлетний малыш утверждал, что по приезде домой обязательно снова станет раскачиваться в своем стульчике и снова упадет на пол вниз головой.

донельзя сказочной. Пенни была третьим пациентом (хотя, если точнее, четвертым). И когда сказала, что на нее упала елка, все в отделении разом замерли.

– Как?

– Я хотела достать спички и разжечь камин, но, кажется, сегодня не мой день.

– Ну-у… это очень по‑рождественски, детка, – похлопала Пенни по плечу старшая медсестра Нелл, если верить ее бейджику и рассказам родителей. – Страховку, пож…

Но договорить Нелл не успела: в двери ввалились сразу оба доктора Браун, цветом лица не уступая перепуганной бабуле.

– Что стряслось?

– Пожар?

– Отравление?

– Температура?

– Перелом?

Родители нервничали и поглядывали на медсестру Нелл, которая, очевидно, ждала окончания истерики.