Доза красивого яда (ЛП)

Похоже, она не может решить, хочет ли она большего давления или меньшего, когда начинает водить по моей руке, обращаясь со мной как со своей личной секс-игрушкой.

Она выглядит так чертовски хорошо в таком виде.

— Давай, детка, — рычу я. — Я хочу это, а теперь отдай это мне. Отпусти.

— Еще нет, — протестует она.

Мои брови приподнимаются. — Извини?"

"Впервые с тех пор, как я приказал ей посмотреть на меня, ее глаза закрываются. Она теряется в ощущениях от всего этого.

Удовольствие.

Боль.

Я наклоняюсь и касаюсь губами ее губ.

Ее бедра снова выгибаются, когда она вскрикивает, и я оказываюсь рядом, чтобы довести ее прямо до края. Мои пальцы не останавливаются, когда я провожу ими по ней, скользя вверх к ее клитору, а затем снова опускаясь внутрь нее. Все ее тело сотрясается, когда оргазм накрывает ее.

Ощущение того, как ее ногти впиваются в мое запястье, — это просто вкус того, каким невероятным был бы секс с ней, и, чтобы не превращать эту ситуацию из плохого в худшее, я прикусываю губу, чтобы удержаться от поцелуя с ней.

Я хихикаю, снова касаясь губами ее губ, прежде чем неохотно вытащить из нее свои пальцы и отступить назад. Ее глаза остаются закрытыми, когда она опускается и замедляет дыхание. Когда она, наконец, снова смотрит на меня, страх в ее взгляде идет рука об руку с чувством вины, нарастающим внутри меня.

— Итак, ты что-то говорила? Что-то насчет того, что я не мог бы сделать лучше?

Улыбка пробивается сквозь ее губы, и она отшвыривает меня. — Пошел ты.

Видишь ли, но в этом-то и проблема.

Я бы, блядь, этого хотел.

Дерзко улыбаясь ей, прикусив язык за щекой, я отступаю к двери. Непосредственно перед уходом я засовываю два пальца, которые только что были глубоко внутри нее, себе в рот и позволяю сладкому вкусу ее киски завладеть моими чувствами.

Бог свидетель, я так и сделаю.

Я придурок. Абсолютно худший человек, которого я знаю. Тому, что я сделал этим утром, нет оправдания. Я поклялся, что никогда не перейду черту, которую я переступил. И чем больше я думаю об этом, тем более виноватым себя чувствую.

Мои яйца болят, когда я бью кулаками по боксерской груше.