Доза красивого яда (ЛП)

Все возвращаются к подготовке к тренировке, в то время как Кэм кладет свои вещи на скамейку рядом со мной. Я пытаюсь понять, есть ли у него хоть какое-то представление о том, что произошло прошлой ночью, но в нем нет ничего необычного.

— Уайлдер, — говорит тренер, выходя из своего кабинета. — Назови мне хоть одну вескую причину, почему я не должен отстранять тебя от должности за тот трюк, который ты выкинул прошлой ночью.

Я могу придумать больше.

Он мудак, который связался не с тем парнем.

Он не знает, когда нужно заткнуться.

Он клеился к моей девушке.

Но ни один из этих ответов он не хочет услышать, а последний — не вариант. Единственное, что я могу сделать, это опустить голову и проглотить свою гордость.

— Он залез мне под кожу, — говорю я ему. — Это больше не повторится.

— Недостаточно хорошо. Ты один из моих лучших игроков. Я не могу допустить, чтобы тебя вышвырнули из игр, особенно из тех, где нам есть что доказывать.

Я киваю, соглашаясь с тем, что мне придется пропустить следующую игру, но Кэм закрывает свой шкафчик и разворачивается.

— Тренер, при всем должном уважении, я здесь на стороне Эйча, — говорит он.

Тренер выглядит каким угодно, но только не удивленным. — Ни хрена себе, Шерлок. Он твой лучший друг.

Кэм качает головой. — Дело не в этом. Некоторые парни пытались использовать Лейк, чтобы поиметь нас. Я слышал, как они говорили об этом после игры.

В какой-то момент такая возможность промелькнула у меня в голове, но известие о том, что я был прав, выводит меня из себя.

— Это правда, Эйч?

Я киваю. — Он сказал о ней несколько довольно неуважительных вещей, и я вышел из себя.

Тренер переводит взгляд с Кэма на меня, затем тяжело вздыхает. — Прекрасно, но если это случится снова, я отстраню тебя. Никаких исключений.

Он исчезает обратно в свой кабинет, когда Кэм садится, чтобы надеть коньки.

Я не удивлен, что Кэм этого не слышал. С тех пор, как его арестовали, он носит затычки для ушей во время игр. Сначала это было для того, чтобы он не слышал, что люди говорят о нем, но после того, как он привык к этому, он понял, что это помогает ему сосредоточиться.

Насколько я знаю, единственный человек, который слышал, что было сказано, это судья.