Дом, где исполняются мечты

— Благополучно обойдутся без нас, — постановил Стрельцов и заторопил: — Все, поехали быстро! А то я за себя не отвечаю, передумаю и начну здесь и сейчас!"

"До того как они зашли в гостиничный лифт, Инга четко помнила про бабушку, Федьку с Машей, Степана Ивановича, красавицу Марину, борясь с внутренним дискомфортом, норовящим провести аналогию с кинематографическим шедевром, ибо шариться по гостиничным номерам в поисках «большой и чистой любви» Инге Валерьевне не доводилось.

Двери лифта еще не закрылись, когда Игнат притянул ее к себе и поцеловал….

Далее последовал разрыв в сознании госпожи Исла, отдавшейся поцелую, как в сладкую погибель, смутно припоминающей, что надо бы как-то еще двигаться и куда-то идти.

Но у нее имелся свой, индивидуальный, герой, который определенно знал и куда идти, и как двигаться, и что дальше делать. Хорошо знал, заметим!

На сей раз Стрельцов запасся средствами контрацепции. Ну а то!

Какой же мужик, едущий к женщине для выяснения непоняток, пусть даже гневаясь на нее и подозревая, что вряд ли все поправимо, не будет иметь тайный план с большой надеждой?

Да никакой! Повороты судьбы стремительны, и возможны варианты.

Он целовал ее, думая, что никогда не напьется этим поцелуем. Инга зажглась в ответ сразу же, мгновенно, что-то пыталась говорить, удивленная, потрясенная, пока Игнат ее раздевал.

— Это ужас какой-то! — сияя глазами, торопясь, признавалась она. — Я понятия не имела, что я такая!!

— Поверь мне! — стаскивал спешно с нее одежду Игнат.

И доказал! Попробовал было «прелюдию», но выяснилось, что все прелюдии они уже прошли в полной мере, пока добирались до гостиницы, еле сдерживая себя, и целовались, шагая от лифта до номера. И так рвались друг к другу, соединиться!

Наконец соединились, словно в жизнь вернулись! И она кричала, не сдерживая себя, а он вторил ей, был с ней, в ней, и чувствовал себя мальчишкой, победившим в главном в своей жизни соревновании! В том, после которого изменится все — и призы посыплются, и будет ему счастье-удача!

Они лежали, обнявшись, смотрели друг на друга, и наконец-то — слава тебе господи! — Инга могла дать себе полную свободу дотрагиваться до него, не останавливая рук своих, живущих отдельно, самостоятельной потребностью и поведением.

— Это странно, — улыбнулся умиротворенно Стрельцов, принявшись рассуждать.

— Что? — ответно улыбнулась Инга.