Дядя самых честных правил 9

— Я должна понимать, чего ты хочешь, — пояснила она, — без этого не смогу направить твоих людей. Так что давай рассказывай всё, что думаешь.

Мы взяли карту, очень неточную, составленную лет двадцать назад испанцами, и прошлись по всему западному побережью Америки. Я отметил, где имело смысл создавать остроги, чтобы застолбить за собой территорию."

"— С испанцами столкнуться не боишься? Они, хитрецы, наверняка эту землю уже своей записали.

— Сомневаюсь, что они будут идти на обострение. Сил там у них меньше нашего, насколько я узнавал.

В Мексике слишком мало населения, чтобы растягивать владения ещё дальше. Если столкнутся с нами, скорее будут жаловаться в метрополию и давить на Екатерину по дипломатическим каналам.

— Может быть, может быть… — Марья Алексевна, прищурившись, оглядывала карту. — Будь я моложе, сама бы поехала туда. Ух, поплясали бы у меня испанские гранды!

На следующий день мы продолжили обсуждение и подбили кое-что по финансам. Как ни старался Лаврентий Палыч прикидываться ветошью и услужливо отвечать на все вопросы, это ему не помогло.

Уже в конце наших посиделок Марья Алексевна строго посмотрела на него и приказала:

— Подготовь учётные книги за последние три года. Как только Его Светлость изволит отправиться в путешествие, я желаю провести полный аудит движения финансов.

Лаврентий Палыч сдавленно пискнул и сложил руки на груди.

— Будет исполнено, Ваше Сиятельство!

У него даже кончики ушей побелели, а в глазах появилась вселенская тоска.

Ничего, проверка пойдёт только на пользу, а княгине я потом скажу, чтобы не сильно его третировала. Если что и прилипло к рукам лже-лепрекона, то суммы на общем фоне незначительные. По сравнению с тем, что обычно творили управляющие, Лаврентия Палыча можно считать кристально честным существом.

* * *За следующие дни я разобрал скопившиеся письма, приглашения на балы и прочую корреспонденцию. А заодно навёл порядок в своей тайной комнате. Документы, касающиеся деланной магии, я решил взять с собой, чтобы читать во время путешествия.

А вот бумаги из Ябедного архива, после некоторого колебания, задумал сжечь.

Одни тайны прошлого царствования уже протухли: Голицын был мёртв, Иван Шестой таковым считался, а Бирон дряхлый старик. Так что я смело бросил документы в огонь.

Другие тайны могли доставить неприятности как мне, так и ни в чём не повинным людям. Никто не должен знать, что Таня дочь Елизаветы, да и доказательств там особых нет.