Дядя самых честных правил 10

И золотым росчерком исчез из виду.

Захохотав, мумия соскочила с носилок. Глаза у неё горели багровым огнём, а проломленные рёбра срастались на глазах. Она указала на меня и крикнула:

— Убейте мёртвого и приведите ко мне живого! Быстро!

Прыгнув, будто тушканчик, мумия приземлилась на ступенях и рванула вверх по лестнице.

Носильщики бросили паланкин, достали кривые ножи и толпой двинулись на меня. А за спиной послышался звон клинков и яростное рычание Кижа — высокий хранитель, вооружившись кривым мечом, атаковал бывшего поручика.

— Да чтоб вам всем пусто было!

Бить «молотом» или даже огненным всполохом в каменном коридоре было не лучшей идеей. Чёрт его знает, куда ударит рикошетом заклятие от стен, пропитанных магией. Так что оставался не слишком большой выбор средств, и я взял самое действенное — Скудельницу. Без замаха ударил бичом из костей по носильщикам и ухмыльнулся, когда первые трое рухнули как подкошенные. Они были обычными людьми, какого-нибудь низшего ранга посвящения, и их души отправились во владения Хозяйки.

Я обернулся, собираясь помочь Кижу. Мертвец рубился с высоким хранителем, глаза которого пылали тем же багровым светом, что и у мумии. Оба фехтовальщика оказались мастерами своего дела, и ни один не мог взять верх. Клинки сталкивались, сталь звенела, а от их стремительных движений рябило в глазах. И не было никакой возможности ударить хранителя Скудельницей, чтобы не задеть и Кижа.

— Захид! — выкрикнул высокий. — Закрой вход! Они не должны выйти отсюда! Наш господин желает получить души этих святотатцев!"

"Толстячок, стоявший столбом и наблюдавший за схваткой выпученными глазами, вздрогнул, часто закивал и кинулся по коридору к выходу.

Киж воспользовался тем, что высокий отвлёкся, и прыгнул вперёд. Отбил изогнутый клинок и без замаха вонзил любимый палаш в горло хранителю. Тот захрипел, багровый свет в глазах погас, и он начал валиться на пол.

— Дима, останови второго!

— Так точно!

Выдернув лезвие из противника, Киж бросился за убегающим толстяком.

— Мяу! — Мурзилка, взъерошенный и злой, требовательно позвал меня, стоя на ступенях лестницы. — Мя!

Собственно, других вариантов у меня и не оставалось — если кто и знал, как выбраться отсюда, то это был сбежавший Хотепка.