Дядя самых честных правил 10

Что бы там ни думали мамлюкские колдуны, но прежде всего мне надо найти Таню, а уже потом думать о возвращении в Россию. И никто не сможет меня заставить изменить решение.

Прежде чем Джафар собрал свои пожитки и скатал коврик, меня окликнул Киж.

— Константин Платонович, посмотрите!

Я обернулся и увидел вдалеке летящий над барханами ковёр с четырьмя пассажирами. Несмотря на сумерки и расстояние, я узнал того, кто управлял им.

— Таня!

Джафар схватил меня за локоть, не дав кинуться навстречу ковру.

— Успокойся, магам не пристало бегать как простым смертным.

— Откуда ты знал, что она прилетит?

— А почему бы мне не знать, если это я послал к ней сокола с вестью о твоём возвращении. Ты же помнишь, что мне приятно помогать тебе, Константин ибн Платон.

Глава 23

Плотина

Когда ковру-самолёту оставалось пролететь сотню шагов, я всё-таки не выдержал и кинулся навстречу. Да плевать, солидно магу бегать или нет!

— Таня!

В тот момент, когда я сорвался с места, Таня выкрикнула что-то бессвязное, спрыгнула на песок и побежала ко мне.

— … Me cago en la leche!!

Но нам было безразлично. Мы практически врезались друг в друга, и Таня обхватила меня за шею.

— Костя! Костенька!

Я прижал её к себе крепко-крепко. Ничего в мире больше не имело значения, кроме одного. Мы снова были вместе!

— Никогда больше тебя не отпущу.

Мы стояли обнявшись, не обращая внимания на остальных, и шептали друг другу самые важные слова. Что мне потеря Таланта и бесконечные блуждания в пирамиде, когда моя женщина дождалась меня? Меньше чем ничего!

* * *Нам удалось остаться наедине только в Каире, куда всю нашу компанию отвёз Джафар. Мамлюкский колдун вытащил из пространственного кармана живых верблюдов, и ещё до обеда мы были в городе. Он отдал в наше распоряжение большой дом с бассейном, забитой продуктами кладовой и внушительным гардеробом, чтобы мы могли «принять достойный вид».

— Прошу, ибн Платон, — сказал он, прежде чем уйти, — не выходите на улицу и будьте готовы послезавтра отправиться в Александрию. Будь моя воля, ты мог бы остаться в Египте сколько захочешь, но орден уже нервничает и требует ускорить твой отъезд. Я забыл сказать сразу: твоя страна сейчас воюет с Блистательной Портой, а наш Али-бей аль-Кабир разорвал с османами вассальный договор и объявил себя султаном.