Черный Маг Императора 14

Немного отдышавшись, он уселся на задницу, обвел свою дружную команду пьяным взглядом и махнул рукой:

— Сегодня все гуляем, господа! Тащите ящики из моего кабинета! Будем пить до упора…

«Господа» заулыбались и переглянулись между собой.

— По какому поводу, босс? — осторожно спросил самый смелый из них.

— Потом, парни… Все потом… — пообещал Макар и тряхнул головой. — Тащите ящики, я вам говорю!

Тем временем настроение Волкова было чуть иным… Хотя, чего скрывать, из офиса «Рычащих львов» он тоже поначалу вышел легкой и бодрой походкой.

Теперь уже можно и Строганову смело звонить и говорить, что он нашел наемников, которые готовы взяться за дело. Заодно и доложить свои соображения насчет всей этой истории. Виконт провел здесь несколько дней и успел кое о чем поразмыслить.

Правда он и считал, что по большей части все было на уровне местных сплетен, которые наемники пересказывали друг другу от нечего делать.

"Хотя сам виконт скорее полагал, что это просто желание князя Нарышкина и мальчишка здесь совершенно ни при чем. Откуда только берутся такие дурацкие слухи? Одним словом — провинция!

Однако, так уж сложилось, что думать Волков не привык и не любил этого делать. Если уж он и занимался всякими размышлениями, то делал это лишь в самом крайнем случае. Когда не было другого выхода.

Так что сегодня часть его хорошего настроения заключалась еще и в том, что наконец-то это сложное дело можно будет перекинуть на Аникея Федоровича Строганова. У графа голова светлая, вот пусть он и думает. Он свое дело сделал — наемников нашел, а все остальное — не его забота.

Вот только разве что обо всех его злоключениях и местных сплетнях ему рассказать обязательно нужно. Пусть даже Строганов знает, что делает, и влиятельные покровители у него наверняка имеются, но лишним не будет.

С этими мыслями Волков добрался до номера, разделся, открыл себе бутылку холодного пива и уселся в кресло. Как же хорошо после тяжелого денечка вот так спокойно посидеть с бутылкой пива в руке и немного отдышаться. Покончив с первой, Григорий Васильевич открыл вторую бутылку и лишь после этого набрал Строганова.

Граф не имел привычки названивать виконту и знал, что, когда тот справится, он наберет сам.