Блог демона Шаакси, или адская работёнка

Так что я просто пришёл, как есть, в классическом виде, нормированном нашей конторой — самый обычный демон-менеджер в деловом костюме, с жёлто-хищными глазами, закрученными назад рогами и гибким длинным хвостом.

Первым сюрпризом стало кресло. Удобное, кожаное, исписанное арамейскими письменами, наполненное вшитыми амулетами, призванными напитать сидящего демона силами. Всё вышеперечисленное явно было настроено на Айма, но даже при таком раскладе мою сущность обласкало тёмной силой. Я спокойненько себе материализовался в кресле, весьма заинтригованный, душа дурное предчувствие.

Комната оказалась крайне уютной, а пентаграмма вызова — персонально настроенной на Айма, максимально щадящей по отношению к демону и открытой для того, кого вызывают. То есть я, например, покинуть круг из-за правильно составленных обережных знаков не мог, но вот демон, на которого вызов был рассчитан, получал полную свободу действий — никаких ограничений. Большую свободу, если честно, чем какой-либо демон может получить в любых других условиях.

Комната сама по себе оказалась ужасно захламлённой гостинной с множеством книжных полок (что не мешало книгам лежать на окне, на полу и вообще везде).

В центре всего этого великолепия расположилось свободное пространство с парочкой кресел, столиком с едой, напитками, благовониями (отличный аромат, кстати) и вычурной старинной лампой.

Хозяин комнаты, старичок, скрюченный практически в вопросительный знак, рылся на полке.

— Хорошо, что ты всё же явился, мой хороший. Извини, что звал так навязчиво — но, право, я начал волноваться за тебя, потому что ты никогда так долго не игнорировал мои вызовы. Ты знаешь, та ночь, ну ты понял… Тогда Джим не отвечал на мои звонки. И я думал — ничего серьёзного, но потом… Я знаю, что ты, в отличие от него, бессмертен — но старикам простительно волноваться за молодых, не так ли?.

Дерьмо. О, дерьмо.

Похоже, старина Айм был не придурком, а полным психом. И его игра в “равенство и братство” с людьми зашла намного дальше, чем мог в страшном сне представить Бал.

Потому что мы, демоны, любить не умеем.