Бархатный капкан

Он мог прямо сейчас просунуть руку под юбку, стянуть колготки… Она так близка, так доступна, а у него давно не было женщины. С тех пор, как его выставили за эту дверь, не было… Проститутки по случаю не в счет, с ними без души. А с Аллочкой у них было красиво…

— Наверное, есть причины, — криво усмехнулся Глеб.

Хотел бы он повторить пройденное, но лучше обойтись без этого. Аллочка не может работать у него, и будет подло сказать об этом после секса.

— Я слышала, как Яна разговаривала со своим Гяуром. Они реально отказываются от клуба.

— Я не переживаю.

— Ты стараешься не переживать, — Аллочка протянула к нему руку, нежно провела пальцами по его волосам.

— Не надо, — предостерегающе глянул на нее Глеб.

— Ну, не надо так не надо… — сказала она грустно, поднялась со стола, повернулась к нему спиной.

— Мне собирать вещи?

— Ты умная девушка… — ответил он.

— Где ты еще такую найдешь?

— У нас незаменимых нет. Иосиф Виссарионович Сталин, — цинично процитировал Глеб.

— А что я, по-твоему, должна была уволиться? А мужа на что мне содержать?

— По-моему, ты не должна была стучать на меня, когда работала со мной.

— Я не стучала.

— Ну-ну.

— Я просто информировала Яну о текущем положении дел.

— А я просто выражаю тебе недоверие. Со всем отсюда вытекающим. А муж твой пусть сам себя содержит.

— Он не может. Он инвалид. Ему в Чечне ноги оторвало…

— Ноги?! В Чечне?! — Глеб едва сдержался, чтобы не взорваться и не послать Аллочку прямым текстом.

Разве ж такими вещами шутят?

— Я Степу из армии ждала, а он без ног вернулся. Я что, по-твоему, бросить его должна была?

— По-моему?! — Глеб вскочил со своего места, схватил Аллочку за руку и вывел из кабинета. — Поехали к тебе! А потом я тебе все скажу!

Они вместе спустились вниз, он посадил ее в свой «Пассат», сел за руль.

— Думаешь, я тебя обманываю? — усмехнулась она.

— Если обманываешь… Никогда еще не бил женщин! И никогда не думал, что ударю!

— И не ударишь.

Глеб знал, где находится улица Белинского, и Аллочке даже не пришлось ничего объяснять.

Четырехэтажный, сравнительно недавней постройки дом находился практически в центре города, метрах в трехстах от моря. Уютный двор, чистый подъезд, просторный межквартирный холл, стены которого, казалось, были насквозь пропитаны запахом дешевого табака.

Аллочка нажала на кнопку звонка и со скрытым торжеством глянула на Глеба. Дверь открылась, и Глеб увидел кареглазого шатена с простецким лицом.