Злодейка поневоле

В обрамлении абсолютно белых волос, которые висели грязными сосульками, оно выглядело измождённым и больным, так, словно несчастная провела в этой темнице десяток лет. Руки женщины, разведённые в стороны, висели на цепях, прикованных к стене, а серое платье до пола больше напоминало мешок из-под картошки, в котором прорезали три дыры.

Алиса возмущённо посмотрела на помощницу: как они могут держать так живого человека?! Но Лора не отрывала взгляда от пленницы.

– Берта! – громко позвала она.

"Женщина распахнула глаза, и Алиса невольно отпрянула, упершись спиной в холодный влажный камень стены: взгляд женщины был настолько пронизывающим, что, казалось, она видит внутренности Алисы, словно мощный рентген. Тонкие бледные губы Берты изломились в торжествующей улыбке.

– Тёмная госпожа? – низким грудным голосом, от которого у Алисы задрожали поджилки, спросила волшебница и отрицательно покачала головой: – Передо мной совсем не она!

Глава 2.

Алиса сидела на чёрном кресле и нервно разминала свои дрожащие пальцы, верная Лора, стоя рядом, неотрывно следила за волшебницей, которая бродила по комнате. Берта с интересом рассматривала безделушки, украшающие покои Тёмной госпожи, осторожно прикасалась к гобеленам на стенах и решёткам на окнах.

– Так значит, – звенящим голосом проговорила Алиса, – я не смогу вернуться.

Берта поспешно развернулась к госпоже, тонкие губы её изогнулись в хитрой усмешке:

– Пока не исполните своего предназначения – нет!

Алиса потёрла виски и застонала:

– Ладно бы мы поменялись телами! Но это… непостижимо!

– Госпожа из другого мира! – Лора упала на колени перед креслом и сложила ладони: – Умоляю, помоги вернуть Тёмную госпожу!

Алиса резко подалась вперёд и схватила руки советницы:

– Но как?! Сама говоришь, что Тёмная госпожа много лет пыталась стать властительницей Дальгонии, и у неё ничего не получилось.

– Госпожа! – взвыла Лора. – Я тебе во всём буду помогать! До самой смерти!

– Меня передёргивает от этой фразочки, – буркнула Алиса. Вскочив, нервно подошла к окну, да вздохнула: – Я же не отказываюсь.