Злодейка поневоле

Тот замер и, немного расслабившись, покровительственно положил на макушку Алисы свою тёплую ладонь.

– Переживаешь за меня? – тепло спросил он и, поглаживая её волосы, успокаивающе прошептал: – Всё давно в прошлом.

Алиса отстранилась и буркнула:"

"– Ага. То-то тебя так передёргивает до сих пор. Что же Тёмная госпожа тебе сделала? Попыталась отравить? Или воткнула нож в спину?

– Всё это, – неожиданно расхохотался Клод, Алиса растерянно моргнула, что ещё больше развеселило господина: – О, Тёмная госпожа пыталась убить меня столькими изощрёнными способами, что уже все и не упомнишь…

– Весело ему, – проворчала Алиса.

Она задумчиво смотрела на улыбающегося Клода и думала о том, что же нужно сделать мужчине, что по сравнению с этим даже многочисленные покушения на жизнь лишь смешат? Видимо, это что-то настолько серьёзное, что причинило очень серьёзную психологическую травму. Настолько болезненную, что Клод не видит лица Тёмной госпожи. Зато стало понятно, почему он не узнал Алису. Сердце дрогнуло: но сейчас, не зная, что перед ним госпожа, он может видеть её лицо?

– А я? – спросила она.

– Что?

– Я красивая? – с замиранием сердца спросила Алиса.

Светлый господин царапнул её таким взглядом, что по коже побежали мурашки.

– Не уверен, – хитро протянул он и подмигнул: – Нужно освободить тебя от мужской одежды, чтобы сказать наверняка!

– Божечки, – покраснев, буркнула Алиса. – Жаль, что у меня была только одна гитара! Ты же знаешь мои чувства, господин. Обязательно вгонять меня в краску?!

– Ничего не могу с собой поделать, – примирительно отозвался он.

Алиса воодушевлённо встрепенулась:

– А что нравится больше? – допытывалась она, пытаясь понять, действительно ли Клод отчётливо видит её лицо: – Глаза? Нос?

Светлый господин снова с удовольствием расхохотался, затем подался к Алисе и, приподняв его голову за подбородок, с преувеличенной сосредоточенностью рассмотрел её лицо. Она замерла в ожидании ответа, а Клод прошептал:

– Мне нравится твой высокий чистый лоб.

И накрыл её рот властным поцелуем, от которого закружилась голова и разлетелись все мысли. Клод сжал её в своих объятиях, повалил на траву, подминая под себя.