Жестокие игры в любовь

И не вспомнила бы, если б его… их не встретила.

Лёша кивнул каким-то своим мыслями, потом с усмешкой сообщил:

— Да-а, их… Онегин, конечно, в своём репертуаре. Вот эта Алина его — знаешь кто? Алина Карасёва. Мисс Сибирь прошлого года. Победила в региональном конкурсе красоты. У нас про неё тогда все писали. Говорят, у неё там поклонников было туча. Всякие крутые перцы её добивались. Золотые горы сулили, ну, знаешь же, как это бывает. А она, дура, вон с Онегиным замутила.

— Почему дура? — вырвалось у Мики раньше, чем она успела подумать.

— А что нет, что ли? Говорят, она из-за него выгодные контракты про… потеряла. Могла бы вообще заграницу свалить, стать этой… супермоделью. А она вон… с этим… А у него даже нормальной работы нет. Знаешь, чем он занимается? Ну, кроме как в универе учится. На ютубе видосики выкладывает. Себя любимого. Балаболит там о чём-то, а девки пищат. Я не совсем понимаю, как там можно зарабатывать, хоть Жоржик и говорит, что он нехило рубит с этого своего канала. Рекламой там или чем, не в курсе.

Но это что — работа для нормального мужика? Это же несерьёзно. Да он даже в армии не служил! — Лёшка выразительно фыркнул. — И вот Алина спустила свою карьеру в унитаз ради этой звезды ютуба, представляешь? Ну разве не дура?

— Ну, может, у них сильная любовь, — с тяжёлым сердцем произнесла Мика.

— Да ты что? Серьёзно думаешь, он её любит? Ага, как же! Кого и когда он вообще любил? Ему просто по приколу мутить с королевой красоты. Почесать своё самолюбие. Да он сам так сказал прямым текстом.

Мы же собираемся иногда с парнями из класса… рядом же все живём. Нет, он с нами вообще-то редко, у него там вечно свои какие-то дела. Но иногда пересекаемся. Так вот когда он с этой Алиной стал встречаться, все, конечно, спрашивали его, мол, как такую отхватил. Видела б ты его самодовольную рожу… Ухмыльнулся и говорит: «Так я всегда хотел замутить с королевой красоты, вот и замутил, а вы, девочки, завидуйте».

— Так он, наверное, в шутку так?"

"— Угу, в шутку… — Лёша презрительно скривился.

 — У него до Алины ещё была одна… Одноклассница его, кажется. Ну, из новой школы. Капец тупая! Вот просто дура дурой. Что у неё ни спросишь — только глазами хлопает. А если что скажет — так хоть стой, хоть падай. Но зато красотка. Самая, типа, красивая в той школе. Ему все говорили, что она дура. А он отвечал: «А нафига мне умная? Мне с ней не в шахматы играть. А женщин я люблю красивых».

Почему-то всё это слышать было неприятно, аж во рту появился горький привкус.