Сердце полемарха

- Агата, - обратилась я к ней, когда мы оказались в перистиле, за крепкими стенами, - сходи, пожалуйста, в асклепион и выкупи мне вот этих молодых лекарей, - я передала ей небольшой свиток с именами моих помощников, - три золотых обола за каждого, в мешочке ровно девять монет, - протянула ей означенный предмет. Глаза телохранительницы увеличились в несколько раз, когда она до её сознания дошла озвученная сумма.

- И вы ходили с такими деньгами у всех на виду?! - воскликнула молодая женщина, - госпожа Аглая, это просто неслыханно опасный поступок!

- Значит тебе нужно поберечься и тебя сопроводит Неон, - перевела я взгляд на молчаливого, очень серьёзного мужчину с пронзительными серыми глазами.

- Будет сделано, госпожа Аглая, - поклонившись, ответил он.

Отправив своих телохранителей по делам, пошла в приёмную, через несколько минут начнётся приём первых пациентов.

Глава 48

Интерлюдия

Гиатрос Иринеос стоял на носу корабля, что подплывал к афинскому порту. Город в предрассветной дымке казался игрушечным и сказочно красивым.

Величественным.

Старый лекарь и не мог предположить, насколько прикипел душой к этому месту, он полюбил Афины, где сбылась его мечта получить признание богов и отправиться на остров Кос, чтобы вознести молитвы у главного алтаря Богу Асклепию.

Прошло больше минаса, как он отправился в своего рода паломничество. На Косе его приняли не слишком радостно: анотатос (ανώτατος - верховный) гиатрос Парис, так и вовсе позеленел лицом, но всё же смог справиться с недовольством и даже смог выдавить из себя кривую улыбку.

- С третьим доро, дорогой брат гиатрос Иринеос! - поздравил анотатос Иринеоса, и, более не говоря ни слова, отправился по своим делам.

Иринеос довольно ухмыльнулся в ставшую вполне густой бороду. Мужчина вообще выглядел гораздо лучше, чем раньше. Можно сказать помолодел: взгляд горел жаждой жизни и познания нового.

Время, проведённое на Косе, старый лекарь точно будет считать одним из самых светлых в его последние годы.

Святое место наполнило его душу светом, прояснило мысли и помогло найти ответы на многие, мучившие его долгое время, вопросы. Он утвердился в планах покинуть Афины вместе с молодой супругой и гиатрос Аглаей, чтобы начать свою лекарскую деятельность на землях Спарты. У него даже появилась надежда на счастливый брак с Пенелопой, но, как лекарь сам себе пообещал во время брачной церемонии - только с согласия девушки и никак иначе.